Неотправленое письмо

Статья моего хорошего знакомого Воловича А.А. о писателе Корнее Чуковском, об одесских и вообще украинских корнях К.И. Чуковского.

(Статья моего хорошего знакомого Воловича А.А.)

Недавно, проходя по улице Пантелеймоновской, остановился у дома № 14 возле знакомой мемориальной доски, на которой написано: «В этом доме 1883-1905 гг. жил Корней Иванович Чуковский, видный советский писатель, критик, литературовед». Раньше я никогда не заходил во двор этого дома, но на этот раз решил войти и посмотреть - где же именно та квартира, в которой жил Корней Иванович, тогда просто Коля, со своей мамой, украинской крестьянкой Екатериной Осиповной, и старшей сестрой Марусей. Типичный одесский длинный двор окружают одноэтажные пристройки. На одной из них я обнаружил ещё одну мемориальную доску, на которой было написано, что именно в этой квартире жил Корней Иванович. И мне вдруг вздумалось позвонить в дверь этой квартиры. Мне открыл дверь молодой человек, лет сорока, который назвался Бабчинским Владимиром Богуславовичем. Он любезно предложил мне войти в квартиру и показал комнаты, в которых жила семья Корнейчуков. Такая фамилия была у мамы Николая. Владимир сказал, что в соответствии с планом застройки этого микрорайона, вскоре все эти хибары будут снесены и на их месте возведены новые многоэтажные жилые дома. Таким образом, домик, в котором жил К. Чуковский вскоре может исчезнуть. А жаль! Хотелось бы, чтобы в Одессе был дом-музей К. Чуковского.
Из биографии Корнея Ивановича известно, что он родился в Санкт-Петербурге 31 марта 1882 года и его отцом был Эммануил Соломонович Левенсон - сын владельца нескольких типографий, в семье которого работала прислугой Колина мама. Родители Чуковского прожили вместе в Петербурге три года. Но отец Николая и его сестры Марии не мог оформить свои отношения с их матерью Екатериной поскольку
для этого требовался переход Эммануила из иудаизма в христианство, против чего категорически выступал его отец, угрожая лишить сына наследства. Кроме этого их разделяли сословные препятствия - господин не мог жениться на прислуге. Вскоре после рождения Николая, отец оставил свою незаконную семью и женился на женщине своего круга. Екатерина Осиповна с двумя детьми была вынуждена переехать в Одессу. Эммануил Левенсон помогал материально своим внебрачным детям, иногда присылал им деньги в Одессу.
Если бы брак родителей Николая был зарегистрирован, то он имел бы фамилию и отчество отца – Николай Эммануилович Левенсон. Но поскольку этого не произошло, то уже будучи взрослым он придумал себе имя и фамилию из фамилии своей мамы - Корнейчук - Корней Чуковский, а отчество избрал Иванович, хотя при крещении ему дали отчество Васильевич, по имени крестившего его священника. Положение «незаконнорожденного» оскорбляло и заставляло страдать Николая, особенно в детстве и юности. Однако мать Николая всю жизнь любила отца своих детей. Пока она была жива, в её доме всегда висел его портрет. Своего отца знал и Коля. Дочь К. Чуковского Лидия вспоминает как в её детские годы уже известный литератор Корней Чуковский как-то привел в дом дедушку своих детей. Как бы там ни было, Корней Чуковский является великим сыном представителей двух великих народов - еврейского и украинского.
Я не собираюсь здесь пересказывать основные вехи жизни и творческие достижения Корнея Чуковского – «русского советского поэта, публициста, литературного критика, переводчика, детского писателя и журналиста». Информацию о К. Чуковском можно найти в Интернете. Предлагаю читателям посмотреть документальный фильм «Запрещенные сказки К. Чуковского» (2006 г.)
https://www.youtube.com/watch?v=fjmFwrtyOc4 , в котором говорится о том, как при советской власти, особенно в сталинский период, запрещали практически все детские сказки Корнея Ивановича, написанные им в 20-е годы для своих четверых детей.
В 2012 году в Москве в издательстве «Агентство ФТМ» вышло полное собрание сочинений К. Чуковского в 15 томах, большую часть которого составляют его письма и дневники, которые он писал с 1901 по 1969 гг. Общий тираж книг Корнея Чуковского в 2013 году в России составил 2 млн 194 тыс. экземпляров, что больше тиражей других детских авторов в РФ.
Далее я хотел бы написать о моем отношении к Корнею Ивановичу, которое я высказал в своем письме к нему почти 50 лет тому назад. Это письмо я записал в своем дневнике в 1967 году, во время солдатской службы в Восточной Германии – ГДР. В моем послевоенном раннем детстве в конце 40-х – начале 50-х годов я жил с мамой, бабушкой и прабабушкой в глинобитной хате под соломенной крышей на окраине Кировограда практически в крестьянском быту и в большой материальной нужде, поэтому сказки К. Чуковского мне никто не читал. С произведениями Корнея Ивановича для взрослых я познакомился уже в юношеском возрасте, в частности во время службы в армии. С военной службой мне повезло.

Я служил в военной автомобильной школе в г. Бранденбурге. После того, как я проявил некоторые художественные способности, мне поручили оформительскую работу - рисовать различные учебные стенды. Затем меня взяли в штаб школы, где я должен был помогать офицерам учебной части составлять расписание занятий, а точнее - выполнять эту работу под их контролем. Параллельно при штабе я выполнял обязанности переводчика с немецкого языка. Благодаря такой «службе» под предлогом большого объема работы я мог находиться в рабочем кабинете до отбоя, включая субботу и воскресенье. В казарме я только ночевал. Это позволяло мне читать книги, рисовать, писать стихи, вести дневник и готовиться к поступлению в Военный институт иностранных языков в Москве, куда я действительно поступил в июле 1968 года, сдав вступительные экзамены во Франкфурте-на-Одере.
Однако вернемся к «моему» Корнею Чуковскому. В 1967 году я ещё раз прочел его воспоминания «Современники», которые представляют собой серию очерков-портретов деятелей русской культуры конца XIX-го – первой четверти XX века. Меня поразило тогда, что среди нас жил человек, который был знаком 50-60 лет тому назад с известными деятелями русской культуры - А.Чеховым, В. Короленко, Ал. Толстым, А. Куприным, А. Горьким, В. Шаляпиным, Л. Андреевым, В. Маяковским, А. Блоком, И. Репиным, Л. Собиновым, З. Гиппиус, Д. Мережковским, Н. Гумилевым, О. Мандельштамом, Ф. Сологубом, С. Черным, А. Ахматовой, Б. Пастернаком, М. Зощенко, Н. Гумилёвым, И. Бабелем, Л. Сейфуллиной, М. Волошиным, С. Городецким, С. Маршаком, Ф. Сологубом, Ю. Тыняновым и многими другими. Тогда мне 20-летнему временной отрезок в 50 лет казался огромной глыбой времени. Сейчас, к сожалению, уже так не кажется, и сегодня я пишу о том, как 50 лет назад я решил написать Корнею Ивановичу письмо. Из редакции газеты «Красная звезда» мне прислали домашний адрес К. Чуковского: Москва, К-9, ул. Горького, дом 6, корп. 1, кв. 89. Вот текст этого письма:
«Добрый день, уважаемый Корней Иванович!
Трудно мне начать писать письмо, не имея собственно никакого конкретного дела к Вам. Скажу только одно: как только я прочел уже года три назад Вашу книгу «Современники», у меня появилась мысль написать Вам письмо. Но до сих пор я не решался это сделать. Разумеется, ни одно письмо не может быть написано просто так, беспричинно. И я постараюсь сказать об этих причинах. Я полюбил Вас по Вашим книгам, я узнал - какой Вы замечательный человек! Вообще, это мое письмо можно рассматривать как признание в любви.
Кроме Ваших «Современников», «Люди и книги», «Мастерство Некрасова» я пока ничего другого не читал, но уверен, что смогу ещё прочесть. Когда читаешь Ваши книги, особенно мемуары, то для нас, родившихся после войны, как-то трудно и вместе с тем волнующе знать, что рядом с нами живет человек, который был знаком с Андреевым, Репиным, Блоком, Маяковским, который жил в одно время с Л. Толстым и Лениным. Время Вашей жизни совпало с большими переменами и событиями в нашем обществе, Вы знали людей, которых мы изучали в школе по учебникам.
Подкупающе действует Ваше авторское, человеческое обаяние, мудрость человека, познавшего Жизнь, людей и знающего как надобно жить. Для меня дороги все поучительные судьбы, замечательные жизни, которые показывают человеку своим примером как надо жить. Именно поэтому я читаю книги из серии «ЖЗЛ». Прочитав Вашу книгу «Современники», я к описываемым замечательным людям прибавил ещё одного - автора, их замечательного современника. Но ни Вашей биографии, ни автобиографии, кроме кратких сведений, я ещё не читал. Ваша жизнь, я полагаю, не менее насыщена событиями, встречами с замечательными людьми, интересной работой, личными поисками и перипетиями, чем жизнь, например, недавно умершего Ильи Эренбурга.
Время летит быстро. Недавно мне было 15 лет, сейчас уже 20. Возможно будет и больше. Но именно это период - 20 лет - решающий в жизни человека. Каждодневно перед таким человеком с мучительной навязчивостью встает вопрос: кем быть? И где же ещё можно искать помощи в этом вопросе, как не в опыте людей, прошедших этот этап. Все люди в свое время мучаются одними или почти одинаковыми вопросами, но минуя эти вопросы, они о них забывают и идут дальше, к решению других жизненных вопросов. Сейчас я должен решить для себя важный вопрос: поступать в Военный институт иностранных языков в Москве или нет? С одной стороны меня привлекает работа переводчика, с другой стороны - мне не очень нравится военная служба. Посылаю Вам мои переводы с немецкого стихов И. Гёте и Г. Гейне. Где-то читал, что Вы написали книгу «Искусство перевода», хотелось бы её прочесть.
Я не хочу сказать, что писатели должны быть советчиками, имеющими готовые решения для каждой человеческой проблемы, но каждый читатель ищет в книгах ответы на главные общечеловеческие вопросы и не всегда их находит. Единственная книга такого рода, которая мне попалась, - это «Жан Кристоф» Р. Роллана да ещё может быть «Мартин Иден» Дж. Лондона в некоторой мере. В большинстве же в книгах изображаются чисто внешние факты, разные ситуации. А ведь вопрос стоит прямо и открыто: как прожить жизнь? Я, конечно, далек от того, чтобы сказать, что художественные произведения должны уступить место нравоучительным житиям.
У меня, кажется, получилось отступление, что, впрочем, не удивительно, ведь я не имею к Вам конкретного дела и не могу говорить о чем-то по-существу, а признания в любви могут Вам надоесть, показаться приторными, так что уж извините, пожалуйста. Если я Вам и пошлю эту писанину, то никак не претендую на ответ, потому что представляю как Вы заняты. Довольно и того, что один из Ваших секретарей скажет, что сегодня пришло ещё одно письмо с изъявлением любви от какого-то солдата из Германии. Возможно мое письмо вызовет у Вас недоумение, покажется детской сентиментальностью, химерой дилетанта и чудака, но что поделаешь, иначе не могу.
В заключение хочу сказать, что Вы для меня один из лучших людей, которого я буду помнить и уважать всю жизнь, у которого я буду учиться жить. Не так уж часто встречаешь замечательных людей, не книжных, а живых. Я думаю, что люди вправе высказывать друг другу как презрение, так и признание, более того, обязаны. Таить в себе то и другое нельзя. Одни рождаются на полвека раньше, другие - позже, но объединять всех должно одно – любовь, если она у них есть. Уважаемый Корней Иванович, предлагаю Вашему внимаю стихотворение, которое я недавно написал к своему двадцатилетию:

Двадцать лет - время дум и исканий,
Места в жизни и верных путей,
Время первых и чистых признаний
И немного наивных идей.

В эту пору приходит зрелость,
И приходится все рассудить:
Или в битве выковывать смелость,
Или флаг свой позорно спустить.

Жить ли разумом честным внимая,
Все, что в муках до нас рождено,
Чтобы мог повторить умирая –
Сердце людям мое отдано.

Вечный поиск и тяжесть сомнений
Неокрепшую душу гнетет,
Много планов, проектов, решений
Каждый день пред тобою встает.

В мелочах так боишься увязнуть,
И твердишь горячо и всегда:
Я идти в авангарде обязан,
Чтоб не канули даром года.

И претит пустозвонное слово,
Жаждешь радости светлых дел,
Чтобы все каждый день было ново,
Чтоб в труде ежечасно горел!

Чтобы радость во всем сверкала,
Чтобы каждый свой миг ценя,
Улыбнуться бы мог устало,
После бурных свершений дня.

Двадцать лет – это очень много,
Двадцать лет – большие года,
Хотя только начало дороги,
И начало большого труда.

До свиданья, дорогой Корней Иванович! Желаю Вам здоровья и добра.
Ваш, Алексей Волович.

7 сентября 1967 г., ГДР, Бранденбург
Полевая почта 69995 – А»

К сожалению, я так и не отправил свое письмо Корнею Ивановичу. Подумал: кто я такой, чтобы беспокоить такого великого человека? Сейчас я очень жалею о том, что не отправил тогда ему это письмо. Если бы он мне ответил, то это было бы для меня большим событием. Возможно завязалась бы переписка. Учитывая, что с 1968 г. я учился в Москве не исключено, что я мог бы встретиться с ним. И все же, читая книги Корнея Ивановича и его дневники, я многое понял о быстротечности и драгоценности Жизни, о призвании каждого человека в этом мире, о главных жизненных ценностях - любовь к Жизни, Родине, своим детям и внукам, трудолюбие, интеллигентность, доброта и стремление прожить
данную Богом жизнь порядочно, честно и самоотверженно в трудах на благо Отечества. Думаю, что многие глубокие мысли Корнея Ивановича о смысле Жизни в значительной мере помогли моему становлению как личности и достичь в моей жизни того, чего я достиг.
На мой взгляд, Личность не может состояться, если она не впитывает конкретный жизненный опыт не вообще, а именно опыт наиболее выдающихся людей предыдущих поколений. Что такое есть жизнь Человека - если не движение мысли и горение души от поколения к поколению? Что связывает поколения людей, если не мысли, идеи, чувства и жизненный опыт? Говоря о жизни, хочется уподобить ее горящему факелу, который передают друг другу поколения по эстафете. Задача каждого поколения - передать этот факел в целости, не погасить его, чтобы он освещал путь грядущим поколениям. Другими словами, конкретная жизнь конкретного человека есть часть жизни определенной цепи поколений, поэтому каждый отдельный человек в потоке поколений должен испытывать двуединую ответственность - с одной стороны - перед пращурами, и с другой - перед грядущими поколениями. Мысли и идеи (желательно подтвержденные практикой), которые мы передадим нашим потомкам, представляют гораздо большую ценность по сравнению с материальными ценностями, ибо усвоенные мысли и идеи позволят этим потомкам осознать себя в окружающем мире, и в конечном итоге сформировать себя как личностям. Духовные ценности являются наиболее дорогими ценностями.
Таким образом, без духовной связи между поколениями не может быть самосознания в полном смысле этого слова (т.е. осознания, оценки человеком своего знания окружающего мира, своего нравственного облика, интересов, идеалов, мотивов поведения и поступков, места в обществе и в цепи поколений), а без самосознания не может быть не только гениального человека, но и личности вообще.
Недавно с огромным удовольствием я открыл для себя ещё один факт из жизни К. Чуковского - о его любви к украинскому языку. Об этом я прочитал в интервью Елены Матусовой с внуком К. Чуковского Дмитрием Николаевичем, который сказал, что родным языком Корнея Ивановича был украинский, которому с детства его научила его мама Екатерина. Коля Корнейчук вобрал украинский язык вместе с молоком матери.

По словам Дмитрия Николаевича, Корней Иванович очень любил произведения И. Котляревского и Т. Шевченко и знал «Энеиду» и всего «Кобзаря» наизусть! Уже в 1909 году молодой Чуковский написал первое исследование творчества Тараса Шевченко, а в 1914 г. - второе. В 1939 году на писательском собрании в Киеве по случаю 125-летия Тараса Шевченко, Корней Иванович сделал большой доклад по поводу переводов «Кобзаря» на иностранные языки. Одна часть его книги «Высокое искусство» об искусстве перевода посвящена переводам поэзии Т. Шевченко.
Дмитрий Николаевич вспоминает: когда Корней Иванович встречался со своим другом большим украинским певцом Иваном Козловским, то они сразу же переходили на родной украинский язык и часто пели дуэтом украинские народные песни. По словам Дмитрия Чуковского, Корней Иванович лично знал всех классиков украинской литературы 1920-1930-х годов - Николая Бажана, Максима Рыльского, Павла Тычину, Олеся Гончара, Михайла Стельмаха, Павла Загребельного и многих других и во время встреч в Москве общался с ними на безупречном украинском языке.
Для меня особый интерес представляют письма и дневниковые записи К. Чуковского, который был не только выдающимся литератором, но и соединительным звеном между несколькими литературными эпохами. Его письма и дневниковые записи - путеводитель по литературной жизни этих эпох. К. Чуковский в воображении большинства его читателей представляется милым, благодушным и благообразным дедушкой в окружении детишек, хотя жизнь его была полна драматизма и трагизма.
За строками многих его писем и дневниковых записей встает образ человека с непростым и весьма сложным характером, который формировался в эпоху нескольких революций, двух мировых войн и сталинского террора, жертвой которого стали и члены его семьи. И слава Богу, что сегодня богатое литературное наследие Корнея Чуковского и его детей - дочери Лидии и сына Николая стали общим достоянием российской, украинской, еврейской, а также мировой культуры.

Алексей Волович

От редакции:
Нам представляется, что читателям, прочитавшим письмо двадцатилетнего Алексея Воловича к К. И. Чуковскому, было бы интересно знать как сложилась его жизнь и как он прожил почти 50 лет после написания этого письма. С разрешения А. Воловича сообщаем некоторые факты из его жизни. В 1968 г., находясь на срочной службе в армии, А. Волович поступил в Военный институт иностранных языков в Москве, который закончил в 1974 году, получив специальность военного переводчика арабского и английского языков. В 1984 г. закончил заочное отделение исторического факультета Ивановского государственного университета в России. В 1989 году защитил кандидатскую диссертацию по американо-ливийской конфронтации в Институте военной истории в Москве.
В 70-80-е годы в качестве военного переводчика служил в Египте, Ираке и Ливии. В 1995-96 гг. служил военным наблюдателем ООН в Хорватии и Боснии-Герцеговине. После увольнения в 1996 г. из ВС Украины в звании полковника до 2003 года работал в должности заведующего отделом Ближнего востока в Министерстве иностранных дел Украины, первым секретарем Посольства Украины в Ливане, преподавал арабский язык в Институте социальных наук в Одессе. В 2003-2011 гг. возглавлял Региональный филиал Национального института стратегических исследований в Одессе, в котором продолжал работать до июня 2014 г. ведущим научным сотрудником. В настоящее время является ведущим экспертом Независимого аналитического центра геополитических исследований «Борисфен Интел» в Киеве. Имеет около 350 публикаций по ближневосточной и украинской общественно-политической проблематике.

Портрет Корнея Чуковского кисти И. Репина (1910)

Свидетельство о публикации № 10936 Автор имеет исключительное право на произведение. Перепечатка без согласия автора запрещена и преследуется...


Проголосуйте. Неотправленое письмо.
Краткое описание и ключевые слова для Неотправленое письмо:

(голосов:4) рейтинг: 100 из 100
    Произведения по теме:
  • Будем помнить и любить...
  • Украинские корни Андрея Тарковского.  Дед знаменитого режиссёра Андрея Тарковского Александр вырос в семье классика украинской драматургии Ивана Карпенко-Карого, и воспитывал его человек, влюблённый
  • "Я – дедом казак, другим – сечевик..."
  • Запорожские корни поэта Владимира Маяковского. Жизнь и творчество поэта В.В. Маяковского неразрывно связаны с Украиной. Виталий Шевченко.
  • Маяковский. Причина смерти
  • Маяковский. Причина  смерти. Всё произошло 14 апреля. А что было раньше? Виталий Шевченко.
  • Сказание о Рыцаре Поэзии
  • Рассказ-воспоминание о Григории Гайсинском, руководителе запорожского поэтического клуба в 70-х и ассоциации молодых писателей "ДОМ" в 90-е.
  • Юрий Каплан. О времени и о себе
  • Юрий Григорьевич Каплан. Русский поэт 20 и 21 века. Шестидесятник. Создатель и руководитель Конгресса литераторов Украины. 4-й Председатель Земного Шара. 1. Автобиография. Воспоминания о своей жизни

 
  Добавление комментария
 
 
 
 
Ваше Имя:
Ваш E-Mail:

Код:
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Введите код:

   
     
Неотправленое письмо