Памяти Кирилла Ковальджи

Поэт Кирилл Ковальджи Воспоминания о Кирилле Ковальджи. Общение с поэтом и человеком Кириллом Ковальджи. Он был замечательным поэтом, но в ещё большей степени Человеком. Публикуется впервые.


10 апреля 2017 года умер Кирилл Ковальджи в возрасте 87-ми лет. Об этом, конечно, знают все поэты, и не только поэты. Почти сразу узнал об этой смерти и я, но не делился этой печалью ни с кем, тем более в общественном органе. Было и больно, и очень обидно, что не успел, хотя всё намеревался, написать ему письмо, рассказать, что делаю и как следую его советам. Только просмотрев недавно видеозапись на tvkultura.ru «Эпизоды», понял, что, если владеешь хоть маломальской информацией об этом удивительном человеке, которая не известна другим, значит надо поделиться с нею. Он был замечательным поэтом, но в ещё большей степени Человеком. Быть Человеком это ведь высшеее звание и высшая награда Бога.
Наверно, литераторам знакома и фраза Кирилла Владимировича: «Я в литературе существую давно, но всегда где-то немножко сбоку. В советское время я не был официальным поэтом, но не был и диссидентом». Сказано скромно, но для меня очень значительно. Мы, его земляки, звали Ковальджи не по имени отчеству, а запросто по имени. Причём совершенно независимо от возраста. Мы, это школьники девятых, десятых классов Кишинёва. Чуткость к людям, простота в общении, безграничная серьёзность как к поэтическим начинаниям зелёных юнцов, так и к состоявшимся литераторам – вот что таится исподволь в этой фразе. Роскошь человеческого общения с ним и вокруг него. Её бы не было, будь он официальным поэтом или диссидентом. Я убедился в этом много, много лет спустя, когда давно жил в Германии.
Случилось это потому, что, сразу после выхода очередного поэтического сборника Кирилла «Дополнительный взнос», его электронную версию мне прислал бывший школьный товарищ Борис Колкер, тоже эмигрант, живущий в США, автор учебника языка эсперанто. Мы оба были студийцами Ковальджи при газете «Молодёжь Молдавии». Замечу, что в то время стихи я почти и не писал, тем более не печатал, хотя впоследствии и в этой газете, и в других изданиях республики публиковался достаточно много, но... как свободный журналист. А тут чёрт попутал. Я попросил у Бориса, который поддерживал постоянную связь с Кириллом, адрес и отправил поэту 2-3 своих стишка, типично семейного характера, напомнив о первой литературной студии. Как-то инстинктивно потянуло к этому человеку. Достаточно опытный и тёртый, мне хотелось почему-то проверить, это тот ли великодушный Кирилл, которого я знал.
Да, конечно, я напомнил ему несколько эпизодов из студийных встреч, конфуз, испытанный по поводу моего рассказа, где я, юнец нагловато пытался описать психологическое состояние пожилой многодетной женщины, на что мне недвусмысленно и указали. Напомнил и ещё одну забавную деталь. Дело в том, что Кирилл слегка заикался, особенно когда волновался. Это подметил один из студийцев в стихотворении посвящённом ему. Там были такие финальные строки:

«... он слева направо Кирилл,
но справа налево л-лирик»


И вот его ответ:

«9.02.2012
Добрый день, Феликс! Спасибо за добрые слова и воспоминания! Они мне доставили радость.
Ваши стихи симпатичные, "домашние". Можно и "обнародовать". Только не рифмуйте "твоя-твоя", как в первом стихотворении...

Удачи вам и здоровья!
Кирилл Ковальджи».


Естественно, я нисказанно обрадовался. Мне, начисто забывшему о поэзии да ещё на несколько десятков лет, вновь потянуло к ней. Завязалась короткая переписка. Я пригласил Кирилла в гости, и он вновь ответил:

«15.02.12
Дорогой Феликс! Спасибо за добрые слова и приглашение. В прошлом году я немало ездил, был в Молдавии, Приднестровии, Румынии (в пяти городах), в Смоленске... Этот год пока не планировал. Посмотрим... И за стихи спасибо. Только моя фамилия не от коваля-кузнеца... У прадеда на могильной плите - Кавалжи, (м.б. было Кавалджиев?)... Кавал - вроде большой свирели. Так что в переводе Свирельщик (Свирелин?)
А другие мои стихи можно найти в Яндексе, в Стихи.ру, в Журнальном зале и т.п. Имеется и проза...
Удачи и здоровья!
Присовокупляю фото (какой я теперь)
Кирилл».


Разъясню в чём здесь дело. По материнской линии моя фамилия была бы Канторджи или Канторжи. «Джи» типично турецкое окончание, как «ов» по-русски, или «ко» по-украински. В наших краях турки ведь долгое время господствовали. Я обыграл сходство и послал Кириллу нечто вроде дружеского шаржа. Вот это стихотворение:

Джи...

Куёт поэмы Ковальджи,
течет, журча, КИРИЛЛица.
Ей подпевает Канторджи,
на рифмы не «надИвится».

Коваль, по-нашему, кузнец.
А кантор, вроде бы, певец.

Но что такое это «джи»?
Неужто оба турки?
Они, приятель,
Не брюзжи –
уж явно...
Не придурки!


На что и получил ответ по поводу его происхождения.
Кто слышал Кирилла, тот, конечно, обратил внимание на мягкое румынское «ль» в речи. От него не в состоянии избавиться никто, кто в детстве говорил по-румынски.
Через год переписка стала интенсивней. Мы сближались. Как люди. И это так характерно для Кирилла. Я поздравил его с Рождеством и здесь открылась ещё одна, мировоззренческая особенность поэта.

«7.01.13
Дорогой Кирилл, с Рождеством Вас. Уж не знаю, важно ли это для Вас, верующий ли Вы? Лично я не стесняюсь говорить и не скрываю, что я убежденный атеист, но все великие принципы иудео-христианства уважаю и соблюдаю как традиционные ценности.
Всё же в России это всенародный праздник и, люди его соблюдающие, достойны уважения.
Я желаю Вам в Новом году прежде всего здоровья, а успехов в творчестве Вы давно уже добились, хотя и новые успехи не помешают. Мы, Ваши литприхожане и, разумеется, любим своего пастора.
Ваш
Феликс Фельдман.
Берлин».


Он ответил мне не мешкая:

«8.01.13
Спасибо, Феликс! И Вас поздравляю с Новым годом! По чувству я - религиозен, хотя никаких обрядов не соблюдаю.
Религиозен, потому, что есть тайна превыше нас.
Всего самого доброго!
Ваш
Кирилл».


Отношение широко известного поэта вдохновляет, если пытаешься что-то писать. В принципе я писал и публиковался много. Но стихи? Поэзия? Вновь дерзнул:

«10.01.13
... В издаваемом здесь альманахе «До и после» мои стихи и переводы с немецкого опубликовали и готовы дальше публиковать. Но у меня проблема. Не могу добиться адекватной оценки своих стихов. Не то чтобы «быть или не быть». Писать потребность (возможно, психически-болезненное состояние на старости лет). Но потребность ли это графоманская? Я ведь не филолог и пишу-то с год.
Кирилл, можно я пришлю Вам подборку своих стихов, если Вас это не затруднит? За отрицательный ответ не обижусь. Приму как должное.
Ваш
Феликс».


И опять незамедлительный ответ:

«11.01.13
Добрый день, Феликс! Стихи присылайте. А я вам шлю свои...
Ваш
Кирилл».


Я ответил, что присланный им сборник имею и восхищаюсь. Восхищение моё не было стандартной вежливостью. Так подробно, красочно и оптимистично о старости не писал еще никто, и я обещал Кириллу, что напишу и опубликую подробную рецензию в берлинском журнале «Консультант», постоянным автором которого был. Этот журнал шёл по всем городам и весям Германии и заграницей. Обещание я не выполнил, о чём горько сожалею. С одной стороны, разорился «Консультант», с другой стороны, я замотался в повседневных заботах. Сделать это сейчас уже поздно.
Но стихи я Кириллу послал. И он опять отозвался:

«12.01.13
Дорогой Феликс! Стихи интересные. И - что самое главное - свои, достоверные. Они достойны профессионального разговора (в них немало и любительского и проходного), но жаль, что не можем встретиться, поговорить! Не собираешься ли в Москву?
Удачи и здоровья!
Кирилл».


Время, когда я мог летать в Москву в командировки от Института философии, где в своё время работал, давно миновало. Обещать что-либо Кириллу я не мог. Только следил за ним по интернету. Но больше не писал. Из скромности. Из-за застенчивости. Да кто я такой?!
А теперь его нет и остаётся только читать воспоминания в замечательной книге Кирилла Ковальджи «Моя мозаика или По следам кентавра».
Кстати, «кто я такой». Хотя в издательстве «Союза писателей» у меня вышло два сборника: сборник стихов, поэма и сборник переводов знаменитого немецкого поэта, я себя поэтом не считаю и никогда считать не буду. Уверен, что поэтов бывает не много. Писать стихи могут многие и это хорошо. Возможно, это неплохие и нужные стихи. Но у поэзии свои законы, объективные законы красоты. Ноумен. В этом пространстве много места и значительный поэт может создать свой феномен, если, конечно, может. Но также, как редки значительные философы, так же редки и настоящие поэты. Когда меня спрашивают о профессии, серьёзно я отвечаю, как и мой бывший научный руководитель профессор М.Н. Грецкий, что я преподаватель философии. Но не философ.
Кирилл Владимирович Ковальджи был поэтом. Настоящим.

Избранное: памяти поэта
Свидетельство о публикации № 13621 Автор имеет исключительное право на произведение. Перепечатка без согласия автора запрещена и преследуется...


Проголосуйте. Памяти Кирилла Ковальджи.
Краткое описание и ключевые слова для Памяти Кирилла Ковальджи:

(голосов:3) рейтинг: 100 из 100

  • Михаил Перченко 24-07-2017
Как необходимо такое уважение и восхищение всем нам.
  • Феликс Фельдман 25-07-2017
Спасибо за визит, Михаил!
  • Светлана Скорик 26-07-2017
Огромное Вам спасибо, Феликс Николаевич, за такую тёплую, человечную статью памяти замечательного русского поэта. Я любила и ценила его стихи, а Вы открыли мне Кирилла Ковальджи ещё и как Человека. Это драгоценный дар – уметь помнить с благодарностью, делиться доброй памятью с другими. Не часто встретишь его, обычно люди не то чтобы неблагодарны, но просто ленивы, свои заботы заедают.
  • Феликс Фельдман 27-07-2017
Спасибо, Светлана и за Ваши тёплые слова. Удивительно, как это бывает. Вот не стало человека и вдруг глубоко чувствуешь, что он для тебя значил. До сих пор не могу прийти в себя.
 
  Добавление комментария
 
 
 
 
Ваше Имя:
Ваш E-Mail:

Код:
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Введите код:

   
     
Памяти Кирилла Ковальджи