Сентиментальная прогулка

Рассказ о душевном крахе художника, потерявшего свободу фантазии. Рассказ с неожиданным концом о буднях и терзаниях художника. Павел Баулин.


Холод и сон долго боролись между собой. Накануне болезненного февральского рассвета первый стал одолевать своего слабеющего соперника. Холод овладевал твоим телом, неловко и жалко скрюченным на старом диване под пыльным демисезонном пальто.   

 

Ты заснул не раздеваясь, не гася свет в своей полуподвальной мастерской.  Прежде чем открыть глаза, ты нашарил провод, идущий к розетке, и вырубил освещение. На почти порожней бутылке «Кайзера» и одиноком стакане занималась мутная заря. Заря – привидение. Осторожные тараканы изумлённо и загипнотизировано взирали восход невидимого светила.

 

Холст в подрамнике – твоя мишень. Последние годы ты бьёшь мимо цели. Даже когда цветная пыльца с крылышек озорных фантазий осыпается на твой холст, ты пугаешься, суетишься, а в общем-то, просто не знаешь, как распорядиться ею. Раньше всё было иначе. Как мотыльки на пылкое пламя свечи, как волны на бездушный каменный брег, летели-летели фантазии, сгорая в белом пламени мольберта, расшибаясь о холст, окропляя его своей разноцветной кровью. И тогда ты лёгким взмахом-прикосновением призрачной, изощрённой кисти придавал хаосу этих пятнышек, сгустков и паутинок мираж гармонии. «Гармония хаоса», – так отозвался о твоих картинах знаменитый критик. Лет двадцать назад. То было начало качающихся мосточков славы, ведущей тебя  по всесоюзным выставкам, заморским салонам и минкультовским торжествам в этот леденящий, словно прикосновение к мертвецу, подвал.

 

Пива не было, а умываться не хотелось. Ты выполз на Божий свет и хмуро усмехнулся.  Шла оттепель, и перезванивала, точно весенняя капель, в кармане мелочь.

 

Две маленькие радости принесло тебе утро. Во-первых, в гастрономе был твой любимый красный портвейн, а во-вторых, денег хватило на бутылку, да ещё и на сто граммов костромского сыра. Пикник! И именно на острове!

 

Снег темнел на глазах, как засвеченная фотобумага. Стальные мышцы моста вибрировали от ветра и проносящихся машин. Ты остановился и глянул вниз на чёрную воду Днепра. Бегущая вода, как и огонь, притягивают взор. Ты нагнулся, поднял обломок доски с шевелящимся в нём, словно червь, ржавым гвоздём, перенёс деревяшку за перила моста и медленно разжал пальцы. Она летела неестественно долго. Шлепка о воду не было слышно.

 

Вот и Хортица. Неужели эти чёрные, ссохшиеся мумии акаций через пару месяцев оживут? Как неправдоподобна жизнь! А что, смерть естественна?

Ты свернул налево, к музею, и вскоре нашёл подходящее для трапезы место – толстенное бревно-эскимо подле подгнившего пенька. Здесь посвежее и чище был снег, утыканный щетиной влажных веточек и былинок.

 

Если бы ты был поэтом, то наверняка воспел бы аромат и вкус красной «массандры». И даже не вкус важнее в вине, а послевкусие. Бывает, глотнёшь, а потом во рту становится гадко: жжёная пробка белых молдавских, трупная тошнота плодово-ягодных, пугающая жёсткость мадеры… Красный массандровский тем и хорош, что у него, может, единственного, приятное послевкусие. С таким пикантным, чуть металлическим холодком.

 

Ты сделал бутерброд и снова усмехнулся. Почему-то вспомнилось, как вам, первоклашкам, выдавали на большой перемене по бутылочке молока. Каждый доставал из портфеля бутерброды, булочки, пирожки, и все ели прямо за партами.

– Мамочка, – спрашивал ты, собираясь в школу, – а с чем сегодня дашь бутерброд?

– С сыром, сыночек.

– А я хотел с колбаской.

 

...На белый снег упали капли красного портвейна. Будто красная кислота разъедала тонкий белый саван, обнажая не серое тело мёртвой земли, а нежданную-негаданную  зелёную травку, напряжённо ждущую своего часа. Так запасной игрок ждёт выхода на площадку.

 

Зелёная трава, зелёный змий, тоска зелёная. Тоска, это когда ты не можешь сделать, совершить чего-то нужного тебе, привычного, желанного. Особенно, если раньше мог, а теперь вот – увы. Это какое-то оцепенение, когда ты ничего-ничего не можешь изменить. Когда женщина прижимает тебя к себе уже не как мужчину – как капризного ребёнка и, пытаясь успокоить, задумчиво говорит о своём муже или любовнике:

– Он – это он. А ты – это ты.

 

О, клубящаяся тоска царствующей безысходности!

Костёр на снегу...

Огонь, как и бегущая вода, притягивает взор.

 

 А всё-таки рано темнеет, хоть уже не декабрь.

 

Ах... ты... бедная овечка!

А-а-а-а...

Что... же... бьётся так сердечко?

А-а-а-а...  

– летело из неспешно, с достоинством проплывающей иномарки.

 

Ах... ты... бедная овечка!

Раз, раз, раз, два, три...

– бормотал ты глупые слова, подлаживая их под строевую песню.

 

Как неестественно долго летела деревяшка. И не было слышно о воду шлепка.

 

Ах... ты... бедная овечка...

– ты по-солдатски чеканил шаг по гулкому безлюдному мосту.

 

Нет, что ни говори, прогулка удалась! Как просто – принять решение и воспарить душой, освобождённой от панциря сомнений и терзаний. Сколько лет она томилась и дёргалась в этих тисках! Отпустить свою душу на волю – как легко и просто.

Ты уже знал, что не дойдёшь до конца моста. Как легко и просто. Ты уже знал.

 

А портвейн был действительно великолепный!

 

1996

Свидетельство о публикации № 1603 Автор имеет исключительное право на произведение. Перепечатка без согласия автора запрещена и преследуется...

  • © Павел Баулин :
  • Рассказы
  • Читателей: 2 295
  • Комментариев: 2
  • 2011-08-31

Рассказ о душевном крахе художника, потерявшего свободу фантазии. Рассказ с неожиданным концом о буднях и терзаниях художника. Павел Баулин.


Краткое описание и ключевые слова для: Сентиментальная прогулка

Проголосуйте за: Сентиментальная прогулка

(голосов:1) рейтинг: 100 из 100

    Произведения по теме:
  • Соль жизни
  • Рассказ Владимира Чорноуса
  • Холод
  • Да, история не знает сослагательного наклонения. И всё же: если бы не ваши маленькие беды - разве стали бы вы тем, кем вы есть? Андрей Вахлаев-Высоцкий.
  • Ангел
  • Фантастический рассказ, переплетённый с реальностью. Видение Ангела. Девушка между жизнью и смертью.
  • Единственная
  • Рассказ о единственной любимой женщине, жене, "половинке". Любовь по-прежнему так же сильна. Годы только, как у изысканного вина, добавили аромат. Елена Сумская.
  • И если ты всё-таки существуешь...
  • Короткий романтический рассказ о потерянной любви, о предательском равнодушии и бесполезном раскаянии. Павел Баулин.
  • Старый дом
  • Рассказ про судьбу одинокой женщины, у которой сын погиб в Чечне, о том, как становятся бомжами. По пословице «От сумы и от тюрьмы – не зарекайся». Валентина Яровая.
  • Ночью на кухне, когда мучает бессонница
  • Рассказ о старике, о призраке умершей жены, о бессоннице, о проблеме отцов и детей. Виталий Шевченко.
  • Дни нашей жизни
  • Рассказ о семье. Тесть и зять. Отношения мужа, жены и дочери. Квартирный вопрос.  Рассказ про семью. Виталий Шевченко.
  • Нашедшим чудо
  • женский рассказ      Если мы допустим, что жизнь одна, как можно решиться обречь её на спокойное, ровное течение обдуманно выбранной и логично длящейся судьбы? Не пробуя вырваться из рутины. Не

  • Валерий Кузнецов Автор offline 1-09-2012
Близкие настроения 90-х... Как мы их пережили?
  • Павел Баулин Автор offline 9-09-2012
Да, теряли самое дорогое, самое сокровенное. Но, слава Богу, пережили.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Сентиментальная прогулка