Хулиган запорожской поэзии

Михаил Перченко 

Стихи Михаила Перченко. Поэт Михаил Перченко. Статья о поэзии Михаила Перченко. Мечтательная романтика плюс хулиганство авангарда – в одной упряжке. Запорожский непризнанный гений или чудак, хулиган запорожской литературы. 


Давно уже хотелось написать о таком странном и, казалось бы, инородном для запорожского литературного процесса явлении, как поэзия Михаила Перченко. Я не случайно выбрала для своей статьи именно такое название – впрочем, как будет видно из дальнейшего, в слово не вложен «минусовой» заряд. Речь пойдёт об отдельном, «непокорном» течении в общем потоке, которое не вполне вписывается в существующие литературные школы. Но – и на этом я хочу сделать акцент – лирику Перченко следует рассматривать именно с точки зрения поэзии, а не отмахиваться от неё, беззаботно и легкомысленно налепив клеймо «графомании».
       
         Осенний шелест листьями мерцает,
         Зима в промозглости слышна,
         И вечный дождь шумит и не мельчает,
         И мокрая желтеет тишина.

         Тушите звон свой тишиной дотла.
         Как немота многоголоса!
         О, тишина, в твоих колоколах –
         Прикушенный язык вопросов...
         Тушите звон свой тишиною сна.
         О, тишина – святая недотрога,
         Как телу отдых, ты душе нужна.
         Ты – голос Бога.

Вы можете понять тех людей, которые считают эти стихи банальностью и шаблоном, полностью отказывая им в образности?
Конечно, это проще – делая упор на недостатки и не желая замечать ничего ценного, объявить человека виршеплётом. Замалчивать его творчество, признавая разве что афоризмы, которые как раз и не есть необычным Явлением, поскольку гармонично и легко входят в общий литературный контекст современности.
«Перченко? А, это наш юморист!» – ТОЛЬКО такую характеристику можно услышать в его родном городе. И эта позиция объяснима, ведь речь идёт о таком взрывном, напористом, скандальном, неуживчивом и въедливом, – по общему мнению, «вредном» – человеке, как Михаил Перченко. С ним просто не хочется иметь дела!

         И что поэт? Весь из мечты и бреда,
         И бесполезно, чтобы перестал.
         В нём 20 миллиардов нервных клеток,
         И в каждой клетке – арестант.

Вот во имя спокойствия и сохранения доброжелательной обстановки вокруг себя, ради сбережения нервов и здоровья и принято игнорировать его поэзию, то есть самую суть его литературной работы.
Чем доказательно обосновывается и отстаивается право на такое отношение? Всего лишь тем, что у Перченко не соблюдается длина строк и что внутри одного стихотворения могут по нескольку раз меняться размеры. Вот, к примеру, резкий скачок от авангардного зачина:

         Я люблю осень.
         Очень!
         В лесах –
         Негаснущих пожаров красота.
         Мне нравятся её
         Заплаканные очи
         И рощи оголённой маета.

к идиллически-классической середине в стихотворении о русской осени:

         В ней грусть Руси,
         В ней запах чая с липой.
         Увядший пруд грустит,
         Ловя уключин скрипы.

Причём далее, через несколько строф, опять следует свободный авангардный ритм:

         В ней зрелость,
         Мудрость –
         И хмельной разгул.
         Уже прощён Иуда,
         Слова опали с губ.

И заканчивается всё это снова классическо стройно.
Но является ли требование единства длины строк и размера – общим, характерным требованием ДЛЯ ВСЕЙ современной поэзии в целом? Нет. Все прекрасно знают о существовании не классических школ поэзии – их много, и я назову лишь самые известные: авангард, неомодернизм, постмодернизм, концептуализм, метареализм и т.д. и т.п. И всё это поэзия. И всё это общепризнанные на мировом уровне литературные школы.
Правда, Михаил Перченко не вписывается И В ЭТИ школы. Но уже отнюдь НЕ по «техническим» причинам вроде длины строки и свободного размера, которые у него иной раз очень даже обоснованы, оправданы всей энергичной, «взахлёбной» интонацией неспокойного стиха, напором энергии, поэтических находок в процессе эксперимента, новизны открытий.
Я недаром сказала «иной раз обоснованы». Потому что, увы, порой он слишком увлекается и в погоне за находкой, ради ярко придуманного словца жертвует грамматическими нормами, гармонией лексического контекста, применяет свободный размер даже внутри классических стихов. Но это уже другой вопрос, это больше относится к поиску себя, своего места в литературе, который у Михаила Перченко ещё длится и сопровождается то абсолютной, абсурдной раскрепощённостью из-за уверенности в собственной гениальности и в тупости всех его критиков:

         И колокольный звон моих стихов
         Вас соберёт для нового Собора.

         Любой мой ляп не выглядит нелепо,
         Любой мой стих – не пуст,

то – под давлением постоянного окружения – разочарованиями, сомнениями в себе и в своём праве заниматься поэзией вообще. Эти крайности, кстати сказать, обе очень вредные для обретения собственного почерка и высот подлинного мастерства, мешают ему в полный голос заявить о себе и привлечь внимание ценителей именно современных направлений в поэзии, – поскольку ценители классики оценить авангардные «штучки» заведомо не могут. Хотя всё, чего он уже достиг, всё то новое и интересное, что он внёс своим творчеством в литературу, обогатив её, расцветив пёстрыми красками юга Украины, безусловно, заслуживает уважения, изучения и увлечения.

         Свободное течение стиха,
         Стихов свободных тога.
         Немыслимо высокие верха –
         Верховность Бога.

Творчество это очень свободное как по форме, так и по содержанию. Поднимаются острые, неудобные или пикантные темы:

         Если
         Веку не до Слова,
         Что застрял в зубах у стад,
         Если
         К веку перерезан провод,
         Человек верёвке рад.

         Сдаёт фартово колоду жизнь.
         Сменяется за мастью масть.
         Но в прикупе всегда лежит
         Корысть и власть.

         Мир, восхищённый пышнозадой Евой,
         Разлёгшейся в Эдемовом саду, –

или выплёскиваются потоки трагических исповедей, когда душа выворачивается наизнанку:

         Крыт сарай золотым листом.
         Это осень – бесплатный кровельщик.
         Жизнь
         Всю жизнь
         Оставлял на потом –
         Ни гроша я сегодня не стоящий.

Драматические стихи пестрят остроумными и едкими, эпатирующими афоризмами:

         И мнение порой такое куцее,
         Что хочется ответить... экзекуцией.

         И там, где я нашёл гармонию,
         Меня, по-моему,  не поняли.

«И не оставят без наград / Муштрованных стихов отряд», – иронизирует Михаил Перченко над поэтами-традиционалистами.

         Ползущим, без хребта, членистоногим,
         Им точно я сегодня не чета.

Особенно чётко афоризмы оформляются в чеканные, литые фразы, когда речь заходит  о праве автора на свою, независимую от принятых рамок поэзию, о своём видении её идеалов:

         В поэзии нет простоты,
         Как и в игре со смертью.

         И если Бог твой только ясность
         И ты врубаешь в каждой строчке свет,
         А в темноте ты чувствуешь опасность,
         Ты не поэт!

         О, рифма свежая, как дичь,
         Дымящаяся кровью!
         Трудом такое не достичь,
         Здесь дар – и что-то кроме.

Смелы и удивительно неожиданны метафоры – зачастую какие-то фантастические, странные, порой даже хулиганские, но всегда – очень поэтичные:

         В твоих глазах на стеблях чувства
         Качается Полярная звезда.

         Опавший лист, печать печали,
         Как символ вечности нагой.

         Младенческие ясли среди гор,
         Ущелий Иудейских пуповина.

         ИерушалАим – христианства детство,
         Когда-то въехавшее в город на осле.

         Небрежности вальяжной лени
         И шлёпки с ног босых небес.

         Под слово крепче, чем «Русь»,
         Чисти карманы улиц!

         И мир, склонившийся при родах
         И над плитою гробовой.

         Дрожать, как осенью звезда,
         Что просится к Земле на руки.

Или почитайте начальные строфы из его «Круговорота природы»:

         Весенний вкрадчивый зачин
         Грядущим действом жизни дразнит,
         И многоточием – грачи,
         И каждый грач, как Стенька Разин.

         Уголья жаркие с лоснящейся искрой
         Ждут ветра свежего под крылья
         На поле хлебном, чёрною икрой
         Из банки, что весна открыла.

         И праздник лета наступил,
         И почки – как с бутылок пробки.
         О, лето – праздник жизни, жизни пир
         Уже не юный и не робкий!

Постоянная аллитерация чувствует себя в его стихах как полноправная хозяйка, разгуливая целыми стаями:

         Заводы вложили сажу
         Ножом в ножны.

         Надышалась у сопла –
         И спокойно усопла.

         На мазанках подсолнухов мазки.

         Комбинатам-комбинаторам
         Фенолы до фени,
         У них один принцип –
         План по отраве.

Авторские неологизмы в его стихах чуть ли не хороводы водят, изобретая новые «па» ритмических авангардных движений:

         Да, они сами ставили сцену,
         Где трагедилась жизнь.

         Поэт – подорожник,
         Растёт при народе
         Травою соринной.

         А трубы курились
         От врани и дряни.

         Пусть век утомлённых красная черепица
         Сползёт с ослезнённого радостью глаза.

А его рифменный перенос, сочетающийся со свободной сменой размера, заставляет некоторых людей хвататься за голову:

         Стихи,
         Растущие,
         Как коралловый риф.
         Прости хи-
         романтию их рифм.

         Линии на ладони листа,
         Линии стихосудьб.
         Эти гадания доняли, ста-
         ли, как самосуд.

Я понимаю, что приверженцы классической строгости и сдержанности должны от всего этого вздрагивать, а частая смена размера внутри произведения приводит их в дикий трепет. Что поделать! Именно на этом и основана поэтика Михаила Перченко – одного из первопроходцев новой школы русской поэзии, которая пока только вызревает и не имеет названия, но уже вполне очевидно хотя бы то, что в целом по своему идейному наполнению находясь в русле неоромантического течения (без сомнения, вытекающего из серебряного века), она оформляется как отдельный приток, поскольку очень жадно и энергично пользуется всеми техническими наработками авангарда, а порой – неомодернизма и концептуализма. В этом же направлении вела свои творческие поиски русская поэтесса 90-х годов Людмила Десятникова из Бердянска, бывшая моим первым поэтическим наставником; её влияние чувствуется и в моей самой первой книге. Именно потому я и начала статью с оговорки о «КАЗАЛОСЬ БЫ, инородном для запорожского литературного процесса явлении».  Кто вдохновил на точно такие же эксперименты Михаила Перченко, мне неизвестно, мы делали свои первые шаги в поэзии в разное время и в разных городах. Но о том, что он хорошо знаком с творчеством Есенина (всего, а не только хрестоматийного), Маяковского, Бродского, Мандельштама, Пастернака, Губанова и знаменитых современных иронистов и авангардистов, говорят его стихи. Перченко сам признаётся в неизбежности и даже полезности преемственности:

         Чужое чудное – оно меня забрало
         (И злят и восхищают имена), –
         И, с лязгом опустив забрало,
         В него вонзаю стремена.

         И бегло пальцы извлекают звуки,
         И клавиш прогибается хребет.
         Через ЧУЖОЕ, через муки –
         Единый путь К СЕБЕ.

Кто, если не Маяковский, ощущается, например, в этих строчках, хотя в некоторых из них применяется находка уже конца ХХ века – разноударная рифма:

         Жду, нетерпеньем томим.
         Каждая минута
         Временем обезУмела.
         Весь изгримасничался,
         Влюблённый мим,
         Губами белее мЕла!

         На чём это я остановился?
         Ах, небо пеленой заволОчено...
         Снова надвинулась и сдавила
         Расшатанных нервов свОлочь.

         Знаю, чувствую, лесенка строк
         Меня приведёт к тебе –
         Дальше пойду, испив исток,
         Неистовый гений
         Или
         Сумасшедший плебей!

А это – явная творческая перекличка с Есениным:

         Синей плетью раскистилась гроза,
         Глаз расплескала чернила;
         ...Синюю голову
         Вечер свесил, как плеть,
         Луной огромной,
         Как глазом, зияет.

         Взъерошенный, рыжий
         Костёр моих метаний.
         Языки огня лижут
         Телёнка моих мечтаний.

Ну а следующие строки – Есенин вместе с Маяковским, переплавленные в нечто особенное: мечтательная романтика плюс хулиганство авангарда – в одной упряжке:

         Запах сирени,  черёмухи запах.
         Запах!
         Берёзки белая грудь
         У ветра в ласковых лапах
         Вздрагивает чуть-чуть.

Могу ли я, упрощая, свести такое творчество только к авангарду, если при всей эпатажности и скандальности эта поэзия насквозь пропитана серебряным веком, именно его романтическими безумствами, если именно от его поисков отталкивается Михаил Перченко, когда бросается то в гражданский бой за какую-то свою правду, то устремляется на поиски Идеальной Красоты в Слове...

         И, возносясь с Голгофы над крестом,
         Мы обретаем творчества престол,
         Чтоб изваять в безоблачной лазури
         Невнятный лик нахлынувших безумий.

У Перченко есть особая форма иронии и сатиры – так называемые «Стишата». Так называется его вторая, недавно вышедшая книга, состоящая из произведений малой формы – в основном, четверостиший и восьмистиший резко сатирического или иронического характера. По ней, конечно, видно, что автор любит и ценит творчество Вишневского и Иртеньева, но всё же это именно «стишата», именно Перченко, и его ни с кем не спутать. Где ещё острота будет соседствовать с фразой, вызывающей скорее слёзы, чем смех, а то и праведный гнев?

         Боже, не хули меня, не надо.
         Это ведь всегда вдвоём с Тобой
         Я смеялся над родимым стадом,
         Но с особой страстью – над собой.

         Как вечной проблемы веху,
          «Рукавные фильтры» –
         Держат крепко «руками сверху»
         Чиновничьи митры.
         ...Алчность, чёрствость,
         Им фильтры тесны,
         Бывают  же ночью
         Такие...
         эка! логичные сны!

         Честный чиновник – такого видели?
         Чинят чины причины!
         А тот, кто чиновнику взятку не выделит,
         Зря обидит мужчину.

         Ещё распаренного, в струйках пота
          (Бывают всё же тёплые места!),
         Распятого ответственной работой,
         Его снимали с кресла, как с креста.

         Ведь всё равно для всех не хватит льгот,
         А льготы портят наш народ.
         Чем тяжелей ему, тем крепче
         Могучие народа плечи.
         Народ наш самообеспечен,
         Народ наш только голод лечит.

         Дайте речь площадям и майданам,
         Точных слов для хвалы и брани!
         Где он – тот,
         Кто над толпами встанет, –
         Справедливый,
         Стремительный,
         Гениальный?!

Но особенно не вписывается ни в какие авангардные и концептуалистские школы, а тем более в чисто московский «выговор» Иртеньевских иронизмов, такой совершенно новый и присущий только Украине приём, как язык суржика, то есть двуязычие внутри одного стихотворения. Я не считаю, что употребление в русском стихотворении украинских слов зазорно, и сама охотно их употребляю – но стараюсь в меру и к месту. Однако если у русских поэтов Украины это всего лишь изредка, кое-где мерцающие находки, «изюминки», а у украинских политических поэтов с националистическим уклоном – приём, вызывающий отталкивание от якобы «некультурного» русского языка, – то Михаил Перченко употребляет «укр-русский язык» (так он его называет) целенаправленно, часто, очень энергично и даже вдохновенно, провозглашая суржик как достижение, национальное достояние и будущее страны. Фактически это его политическая платформа по отношению к языковой политике:

         Украйномовний, не лякайся слова «Русь»!
         Русскоязычный, не пугайся и не трусь!
         Я підставляю під майбутнє плечі.
         Да, я единство воссоздать берусь:
         Русь, Украина, Беларусь –
         Славянское единство сил и речи.

Как вы видите, это уже не отдельные украинские слова, а целые предложения или части предложений, втиснутые в русский контекст. От такого обычно ёжатся все, какой бы язык им ни был родным. Но в этом весь Перченко: неумолимый, ершистый, с гонором и с дерзким собственным мнением и самомнением – запорожский непризнанный гений или чудак, хулиган запорожской литературы. Колючка, шиповник, кактус.
Нравится это кому-то или не нравится, но он есть, причём есть как явление, присущее именно этой, всегда (!) непокорной запорожской земле – непокорной по отношению ко всему и ко всем, без разницы. К русофилам и к русофобам. К традиционалистам и к авангардистам.
Михаил Перченко лепит свои стихи из тончайшей материи ассоциаций – и внедряет в эту ткань железобетонные конструкции. Он начнёт длинный и остроумный разбег мыслей и метафор – и, забыв его закончить, перепрыгивает через ступеньку, воспарив в заоблачные сферы, а растерянный читатель остаётся внизу, не поняв такой метаморфозы. Его можно не понимать и ругать, сторониться, яростно критиковать – и есть за что!!! Но его просто не получится замолчать как поэтическое явление и загнать в резервацию для «графоманов». В такой разреженной атмосфере, в какой порой парит его стих, не смогут дышать и выжить не только графоманы, но даже некоторые талантливые, но какие-то уж слишком однообразные и трезвые поэты традиционного толка.

         И припадаешь ты к религии стиха,
         К великой магии поэзии и мысли...

 

 См. ещё по теме:
«Слово о юбиляре»,
«Поэт и родина»
«Эта райская страна Поэзия»
«Вместо мастер-класса»

 

© Светлана Скорик 

  Статья опубликована, защищена авторским правом. Распространение в Интернете запрещается.

Выразить благодарность автору можно нажав на кнопочки ниже
http://stihi.pro/1924-huligan_zaporozhskoy_poezii.html
Избранное: запорожские поэты современная русская поэзия Украины литературный портрет статьи о поэзии
Свидетельство о публикации № 1924 Автор имеет исключительное право на произведение. Перепечатка без согласия автора запрещена и преследуется...


Проголосуйте. Хулиган запорожской поэзии.
Краткое описание и ключевые слова для Хулиган запорожской поэзии:

  • 80

    Произведения по теме:
  • Отзыв на книгу Маргариты Мысляковой «Крылья цветов»
  • Отзыв на книгу Маргариты Мысляковой «Крылья цветов». Творческий маршрут Маргариты Мысляковой показателен: она всегда терзаема вечными вопросами, «невыгодными» темами, обострённым восприятием зла.
  • О чём зарекалась ворона?
  • Этюд о художественной прозе Анжелы Бантовской. Мне предложили ознакомиться с книгами одесской писательницы Анжелы Бантовской, успевшей издать в Одессе уже 6 сборников романов, повестей и рассказов.
  • Теодицея: сказ о Вечности Маргариты Мысляковой
  • О философской поэзии Маргариты Мысляковой и её новом поэтическом сборнике «Сказ о Вечности». Поэтический сказ о красоте и гармонии мира, прощение его несовершенств и внутренний монолог с Творцом.
  • Новая книга Павла Баулина
  • Литературная рецензия. Рецензия на новую книгу Павла Баулина «Возвращение в прошлую жизнь» (Запорожье, 2011). Маргарита Мыслякова.
  • Открытие потерянного поколения
  • Статья о сборнике «Открытие»: стихотворения, короткие рассказы и афоризмы запорожских писателей, а также киевского поэта Юрия Каплана и московского поэта Ивана Голубничего. Произведения современных

  • Бондаренко Юрий Викторович 7-11-2011
А растерянные идиоты вроде многих нас остаются внизу, не поняв метаморфозы!
  • Светлана Скорик 7-11-2011
Не "идиоты", а читатели. Если я не люблю и не понимаю какого-то писателя, это не значит, что я идиот.
  • Татьяна Гордиенко 7-11-2011
Последовательно, эмоционально, обоснованно, литературоведчески грамотно, справедливо и доброжелательно по отношению к автору. "Картина маслом"!
  • Бондаренко Юрий Викторович 7-11-2011
Светлана!
Я имел в виду совсем другое непонимание. Нежелание понять.
  • Маргарита Мыслякова 7-11-2011
Чужое чудное - оно меня забрало
(И злят, и восхищают имена).
И, с лязгом опустив забрало,
в него вонзаю стремена.

А теперь мой комментарий. Во что вонзаются стремена (железные дужки с ушком, подвешиваемые на ремне к седлу для упора ног всадника; пример - вдеть ноги в стремена)?

Так стремена вонзаются в забрало (что нереально) или в "чужое чудное" (что странно)?

А вот пример из лежащей у меня на столе книги "Стишата":

Имея что сказать,
и как сказать умея,
считать, что ты казак,
и ползать в прахе червем.

Я не придираюсь к поэзии Перченко. Я лишь хочу задать вопрос Светлане Ивановне:
слова" сказать-казак" рифмуются, не так ли? Почему же не рифмуются слова "умея" и "червем"?
Я и сама способна ответить на этот вопрос: потому что Перченко не работает над некоторыми своими стихами. А как же завет Маяковского:
Изводишь единого слова ради
тысячи тонн словесной руды.
Конечно, можно нежелание автора трудиться в поте лица над строкой, как это делал Пушкин с десятками черновиков, как Лев Толстой, который сам утверждал, что не знает грамматики и девять раз переписывал "Войну и мир", назвать авангардом.
А над книгой "Стишата" надо было работать, работать и еще раз работать, а не объявлять себя приверженцем какой-то новой, ранее не известной системы стихосложения.
Я готова положить руку на Библию и сказать, что сейчас я произношу правду и ничего, кроме правды.
Своим отзывом на статью Скорик я не оскорбила ни автора статьи, ни того, кто стал объектом ее анализа. Но повторю еще раз банальнейшую мысль: над стихами надо работать. Тогда отпадет необходимость называть себя авангардистом.
  • Михаил Перченко 7-11-2011
Светлана Ивановна, поздравляю Вас с понравившейся даже мне статьёй о Хулигане Перченко. Только то, что так называл себя Есенин и группа футуристов с молодым Маяковским в знаменитой хулиганской "Оплеухе...", меня примиряет с кликухой "хулиган" и явно молодит. Статья расчитана на понимающих главное в поэзии, т. е. не для широкой публики. Это и хорошо и плохо. Вот в моей семье её не поняли. Так что я остаюсь поэтом для избранных и очень доброжелательных и фанатичных.
Хотелось бы, чтобы поняли главную мысль об органичности, не натужности, не приобретённом стиле письма. Стиль - это человек, - говорил Стендаль. Явление поэта - в новизне его, в незамутнённой реализации его индивидуальности. Я знаю, что и Вы так думаете. Статья ведь писалась не только для меня, а, в первую очередь, как один из уроков Вашей школы.
Ещё раз убедился , что вы меня цените и любите как человека и автора.
Благодарный Вам за умное и доброе слово,
Михаил Перченко.
  • Светлана Скорик 7-11-2011
Ну, вот как раз и то, о чём говорил Юра. Я этого ожидала. Отвечаю, Рита.

Рита, я разве говорила в статье, что не надо работать над стихами? Цитирую: "увы, порой он слишком увлекается и в погоне за находкой, ради ярко придуманного словца жертвует грамматическими нормами, гармонией лексического контекста, применяет свободный размер даже внутри классических стихов", а также "Его можно не понимать и ругать, сторониться, яростно критиковать – и есть за что!!!" Разве это не описание недостатков? Тогда что это - похвала?
Насчёт "умея - червем": это ассонанс. Но при чём это, не понимаю. Я что, где-то восхваляю умение Перченко всегда найти точную рифму?
Стремена Перченко вонзает в "чужое чудное", это не "странно", а обычный переносный смысл, т.е. поэтический образ: сказано о преемственности, об использовании наработок поэтов предыдущих поколений. Почему это нельзя представить в образе всадника? Автор, увлечённый "чужим чудным", очарованный им, "осёдлывает" новый приём, едет на нём.
И ещё. Статья, если кто-то не заметил, НЕ посвящается книге "Стишата" и вообще юмору и сатире. Речь идёт в основном о лирике, о стихах любовных, пейзажных, даже гражданских, но - о лирических стихах, книга же упоминается лишь в контексте демонстрации отличий от авангарда.

Последнюю фразу комментария не поняла. Что значит "отпадёт необходимость"? Я указала и то, что не во всех литературных течениях одинаковые правила, и то, что Перченко умудряется даже в стихах, написанных в традиционной манере, нарушать ритм и размер. Я подчеркнула, что последнее - недостаток, над которым есть необходимость серьёзно поработать.
Не стоит недостатки смешивать с правилами авангарда, ставить знак равенства! Надо если не понимать, то уважать чужие принципы, принципы других литературных школ. Нельзя говорить: модернисты - дураки, концептуалисты - графоманы, авангардисты не знают грамматики и т.п. Не лЮбите - не любИте. Но не рассуждайте о том, во что вы не вникали, что не изучали добросовестно и глубоко.

А вот собственно по всему тому, О ЧЁМ статья, в комментарии не было сказано НИ ОДНОГО слова.
  • Михаил Перченко 8-11-2011
Строки поэзии - не обычное прозрачное стекло. Увидеть за ними можно и то, что хочется, и то, что позволяет острота зрения. Если скажу о близорукости, то сразу получу праведное о "достижении предельной однозначности путём шлифования стёкол". Но толкование книг и мыслей никогда не предполагало их однозначности, а определялась уровнем понимания или нежеланием понять неоднозначность. Если долго и нудно шлифовать, тереть стёкла, можно превратить их в линзы. Исчезнут все неоднозначности поэзии, придающие ей необъяснимую прелесть. Они будут выглядеть чудовищными нарывами, как для Гулливера, ставшего лилипутом и с омерзением взирающим на вулканический прыщ.
Да, кто-то вонзится в забрало, а другому и в голову не придёт такое, ведь весь стих и эта строфа - об ассоциациях, о жадном впитывании чудного чужого, об желании его оседлать. А вот у кого-то стремена вонзятся в имена. Однако всё таки пусть будет " Приподнимаюсь в стременах".
Очень много хочется сказать НЕ в оправдание неидеальных строк, а против стёкол, превратившихся в КРИВЫЕ зеркала, ведь за ними ничего не видно. Да еще, как сказал Юра, при нежелании понять.
  • Михаил Перченко 8-11-2011
Да и вообще, Ритуля, я дал слово не комментировать твоё творчество. Давай будем взаимно вежливыми, т.е. не замечать друг друга. Ну зачем тебе то, что тебе, мягко говоря, не нравится. Да ну его... Меня не переделаешь, а тебе волноваться нельзя. Я уж стараюсь-стараюсь, ведь даже ты отметила, что я обретаю милую тебе классическую форму. "Я даже ямбом подсюсюкну, чтоб только быть приятным вам". Ну и что - стал Маяковский Пушкиным? Пожалей себя и меня.
Твой М. Перченко.
  • Маргарита Мыслякова 8-11-2011
Я уже пожалела. Поделюсь лишь своим опытом: когда мне делают замечания, я не впадаю в раж. Но зря Перченко уверен в тупости своих критиков. Меня неоднократно критиковала Света, критиковал Баулин, я соглашалась и вносила замечания.
Вопрос тут гораздо сложнее: я не тупая. Я просто говорю искренне. Разве искренность - это плохо?
О достижениях в стихах Перченко. Они, безусловно, есть. Он берется за любую тему, пробует ее на вкус, выворачивает наизнанку, порою до алогизмов, что допустимо в поэзии (не будем же мы критиковать за алогизмы зрелого Мандельштама?)
Потом, Михаилу Перченко процесс создания стихов приносит удовольствие, а это не так уж мало. Желаю ему творческих успехов.
  • Маргарита Мыслякова 8-11-2011
Света, отвечаю сейчас тебе. Я не говорила, что модернисты - дураки, концептуалисты - графоманы, авангардисты не знают грамматики. Конечно, я невежда - но стихи писать умею, это подтверждается многочисленными положительными отзывами на сайте на мое творчество.
Усвоить картину ломания бытия, которую предлагают авангардизм, концептуализм и иже с ними, я не могу. У меня другие мировоззренческие принципы.
  • Михаил Перченко 8-11-2011
Рита, вот это по-мужски. Пора нам за ум браться. Ведь мы хорошие и разные. И любить надо поэзию в себе и в других, а не себя в поэзии без других. Иначе очень одиноко и скучно. Мы такие одинокие в мире, одиночества даже больше, чем нас. А надо всего-то так мало. Я тебя умоляю, Рита, терять такого коллегу и друга, как я, просто глупо. А искренность искрит, как плохой контакт, но ничего не проясняет. Так давай дорожить тем, что с каждым днём всё дороже.
Твой до гроба более чем талантливый... в дружбе,
М. Перченко.
  • Ольга Лебединская 10-11-2011
Светлана, спасибо за статью о творчестве Михаила Перченко!
А Вы, дорогой Шут Перченко, как мне кажется, заметно выросли, как поэт. Свежесть, яркость, свобода Вашим стихам к лицу. Пишите только о том, что хорошо знаете, и успех Вам обеспечен! Талант у Вас, Михаил, есть. Вдохновения и радости!
С уважением и приветом, Одуван-хулиган.
  • Пугачев Евгений Валентинович 11-11-2011
Замечу мимоходом, что стремена вообще не вонзают. А вонзают?...
  • Светлана Скорик 11-11-2011
Шпоры.
  • Михаил Перченко 11-11-2011
Спасибо, напомнили, что всадников становится всё меньше, особенно среди поэтов. Вонзая железную дужку, в которую вдета нога, иногда особо заострённую, пришпоривают лошадь и ленивых поэтов, которые ничего знать не желают и в словари не заглядывают. А шпоры на сапогах служат не только для бряцания, но и для аналогичного действа - пришпоривания (дать шпоры коню).

Был у меня такой вариант:

Чужое-чудное меня забрало.
И злят и восхищают щелкопёры.
И, с лязгом опустив забрало,
В преемственность вонзаю шпоры.

Но щелкопёры меня как-то напрягли. Придумал рифму "впору". Например, "Оно не в рост, оно мне впору". Как-то нахально.
Успокоился.
  • Маргарита Мыслякова 14-11-2011
Не удержалась, чтобы не поучастовать в дискуссии. Бог дал свободу и автору, и читателю. Пишите, Михаил Абрамович, так, как Вам нравится. Выполняйте долг перед самим собой. Но и читателю оставьте право быть собой. И воцарится должное равновесие. Не кипятитесь. Главное, чтобы Вы нравились себе самому. Иногда и в этом состоит смысл существования поэтической индивидуальности.
  • Михаил Перченко 16-11-2011
Очень трудно с вами не раскипятиться. Моё кредо: Понравился себе - понравься другим. Я хочу писать так, чтобы даже глухие услышали, а слепые увидели. Поэзия не для самообслуживания. Партнёров - масса. И долг я выполняю не перед собой, а перед Богом, давшим мне дар в долг.
  • Вадим Шилов 11-12-2011
Михаил Перченко открыл свой сайт. Есть возможность оставлять отзывы и пожелания
http://www.perchenko.org.ua/
  • Михаил Перченко 14-12-2011
Спасибо, Дима. Заходите ко мне в гости на рубрику "Блог", все, кому не безразлично моё творчество и кто хочет быть со мной рядом, поближе. Буду очень рад.
Без Вас мой блог
И захудал, и плох.
Но если с Вами будет Бог,
Он освятит стихов моих порог.
Мой сайт perchenko.in.ua.
  • Виктория Сололив 16-12-2011
Ну, надо же! Кипят какие страсти! Добавить по существу - нечего, ибо удивлена и восхищена всеми дискутирующими. Это - мастер-класс для меня. Спасибо и Свете и Маргарите, я лучше поняла это "громадьё" под названием Миша Перченко. Я Вас всех люблю, в т. ч. и за вышенаписанное.
  • Михаил Перченко 26-12-2011
Вера, да не иссякнет вера твоя. Ослепительно ослепляющая! Спаси, Бог, всех верующих.
  • Михаил Перченко 2-05-2012
Я достаточно засветился с комментариями на этом сайте. Засветился и недоразумением с Юрием Базилевым. Каюсь перед ним за свои оплошности, которые уже исправляю в переиздании книги "Афоризмы". Тираж будет ещё меньшим, чем предыдущие 100 экз. Это переиздание станет ярким примером личной борьбы с собственными недостатками: небрежностью, спешкой, жадностью, безответственностью. Борьбой с явлением, которое ярко характеризуется очень остроумной цитатой: "Проскочила искра мгновенной творческой близости". А Ю.Базилев для меня был и будет автором выдающимся, замечательным, творчески близким. Ухожу на свой сайт http://www.perchenko.in.ua//. Кому я интересен, приходите в гости в раздел "Блог". Это не значит, что я не разрешаю и не буду, при необходимости, выкладывать на этом сайте свои произведения. Я просто устал стучать в пустой и глухой барабан, стучаться в Ваши равнодушные ко мне души.
Ваш отшельник М.П.

Перед Ю. Базилевым готов извиниться в любое удобное для него время. Но не в толпе, которая уже со смаком меня топчет.
  • Андрей Ковтун 11-05-2012
Ребята, а вас интересно читать!
  • Светлана Скорик 27-10-2012
Михаил Абрамович, теперь, после организованного Вами международного Цветаевского фестиваля и литературного конкурса, уверена: к Вам наконец-то начнут относиться с интересом и воспринимать серьёзно. Думаю, самое время выложить на сайт лучшие Ваши произведения.
  • Михаил Перченко 29-01-2015
Какие из них лучшие, мы сверим с Ритиными, а ещё проще, спросим у неё. Без шутки.
  • Михаил Перченко 18-08-2016
Ковтнул коменты Ковтун
Хоть интересно, но без толку.

Есть, есть и у меня читатель всё же,
Мои вы Одуваны, Скорики и Гордиенки.
Те, кто с моих кипящих віршів сможет
Снять смачные вершки и пенки.
Пусть крепнут наши ряды и
Спасибо, родные.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Хулиган запорожской поэзии