Киллер

Рассказ о киллере 20-х годов, о расправе со своими и методах подставы. Возможность остановиться и задуматься, туда ли ведут такие методы. Виталий Шевченко.


Человек подождал, пока тот, в кубанке с синим верхом, открыл калитку, зашёл в палисадник, остановился, рассматривая его, и успел ещё сказать:

– Здравствуйте, товарищ! Вы ко мне? – 

как ему в грудь всадили три пули, одну за одной.

На крыльцо выбежала девушка, большие глаза, бледное от испуга лицо, остановилась, увидев его, но он уже уходил прочь, а за спиной нарастал крик:

– Папа-а-а! Папочка-а-а!

Выскочил на улицу, быстрее за поворот, в соседском дворе белым расплывчатым пятном замерла старуха, повернул за угол, пустынный переулок, душистая сирень нагибалась к нему из-за изгороди, нервно оглянулся, сзади никого не было. Облегчённо вздохнул: всё, кажется, ушёл.

Плохо, что она его видела, ещё запомнит и расскажет кому не следует. Задумчиво коснулся холодного ствола нагана под пиджаком. Может, и её убрать, но, вспомнив большие глаза, на миг заглянувшие к нему в душу, передумал.

Вытер пот со лба и тут обнаружил, что на голове у него забытая будёновка. Чертыхнулся – надо было оставить её дома, ведь в местечке только он один носит такой головной убор. Тоже мне конспиратор.

Сорвал шлем с головы, сунул под ремень, подальше от чужих глаз, теперь точно узнают. Вспомнил, как инструктировал его командир:

– Запомни, если провалишься – откажемся от тебя!

И вот теперь эта чёртова будёновка!

Но в штабе было всё спокойно. Командир удовлетворённо заметил:

– Молодец! Выполнил.

Потом прошелся по скрипучему полу кабинета, посмотрел на портреты вождей на стене и сказал:

– Новое задание тебе. Ликвидировать на станции недобитую контру. Из бывших. Некто Семевская. Живёт у самого вокзала. Выследить и уничтожить. Сроку на выполнение двое суток.  – С тем и отпустил на задание.

В хорошем расположении духа вернулся к себе домой. Правда, немного покоробило, что на этот раз женщина, но солдат не рассуждает, а выполняет приказ. На то он и солдат.

– И когда ты будешь жить, как все люди? – заворчала мать, когда он сел ужинать.

– Ничего, мать, – отмахнулся он, – мировую революцию совершим, вот тогда и поживём, как все люди!

Рано утром он вышел из хаты. Солнышко хмуро глянуло на него с далекого неба и тут же спряталось за одинокую тучу. Ветерок вырвался с улицы, пробежался по двору, разгоняя кур, и пропал на огороде.

Он выглянул из-за тына и тут же присел. По улице к его дому шёл, уверенно ступая сапогами по земле, местный милиционер Пахомыч, на ремне сбоку блестел наган, а сзади за ним спешили двое неизвестных в кепках и кожаных куртках.

Внимательно рассмотрел их в щель в тыне и ушёл огородами, так, на всякий случай. Интересно, кого это они ищут?

Через час он уже был у дома Семевской. Двухэтажный, черепичная крыша, резные наличники, дорожки, уложенные щебнем, одним словом, эксплуататоры. С независимым видом прошёлся раз, другой перед домом. Он находился как раз возле вокзала, на привокзальной площади, и здесь в разные стороны тёк люд, каждый со своими делами. Поэтому маячить здесь было безопасно. Можно сойти за пассажира, ожидающего своего поезда.

Часов в десять из дома вышла молодая женщина – шляпка на головке, большие грустные глаза, длинное вишнёвое платье, приталенное, блестящие туфельки на высоких каблучках. Закрыла за собой калитку и направилась к центру. Незаметно пошёл за ней. В центре она зашла в один магазин, второй, что-то там покупала, так как выходила оттуда уже с сумкой в руках.

По описанию это была Семевская, но стрелять вот здесь среди народа, он не смог, решил застрелить у её дома. Весь подобрался, прибавил шагу, почти поравнялся с ней, она даже раза два оглянулась на него, но он старался не встретиться с ней взглядом, повернули на её улицу, и он увидел, как возле её дома с независимым видом прогуливается один из тех, с кепкой и кожаной курткой. Ожидал. Мгновенно отстал от Семевской, загородился ею и вильнул в первый же подъезд. Кажется, он не заметил.

Осторожно выглянул на улицу. Возле того, в кожаной куртке, стоял пристанционный милиционер, Ермилов, в длинной не по росту шинели. Оба с интересом смотрели на приближающуюся Семевскую. Всё ясно. Сдали.

Он инстинктивно подобрался, почувствовал, как уверенная, холодная сила входит в него. Деда лысого вам, не дамся. Надо выбираться отсюда. Но куда? Ответ сам пришёл к нему. В Одессу, к своему дружку, вместе колесили в гражданскую. Тот его не выдаст. Ближайший поезд в ту сторону через час.

Он прошел дворами и вышел на другую сторону улицы. Солнце вновь глянуло на него с неба и удивлённо замерло в голубой выси. Его ждут здесь, у Семевской, а он сядет в поезд и до свидания! Надо будет обойти вагоны и сесть с обратной стороны, там никто не ждёт.

Он было уже направился туда, да остановился. Что-то смущало его. И понял. Семевская. Он уедет, а её убьют. Не он, так другой. Какая разница. Но теперь он не хотел, чтобы её убивали.

Вновь вернулся в дом напротив Семевской. Выглянул из подъезда. На улице по-прежнему дефилировал тот, в кепке и кожаной куртке, с безразличным видом поглядывая по сторонам. А где может быть второй? Быстрее всего на её работе. Она теперь для него приманка.

Осторожно обошел улицу и дворами подобрался к дому Семевской с задней стороны, присел в густом кустарнике, притаился – тишина, только где-то стрекочет кузнечик. Да с неба ободряюще смотрит на него солнышко.

Подкрался к окну, медленно, чтобы не зашуметь, развёл ставни и одним прыжком перемахнул через подоконник. Заглянул в одну комнату, другую – никого. Тихо прокрался на кухню: там что-то делала Семевская. Скрипнула половица у него под ногами, она оглянулась и вскрикнула. Перед нею стоял незнакомый молодой человек – выцветшая гимнастерка без погон, широкий кожаный ремень с медной бляхой, синие галифе, небритые загоревшие щеки, короткая стрижка. Прижал палец к губам:

– Тише! – он оглянулся, прислушался и, не давая ей ничего сказать, добавил: 

– За вами охотятся, немедленно уходите.

– Куда я пойду? – она растерянно смотрела на него.

– Почему вы не на работе? – вопросом на вопрос ответил он.

– Я отпросилась сегодня у начальника. Мне надо... – она смущённо запнулась. 

А они не знают, стерегут её там.

– Ладно, – он принял решение. – Собирайтесь. Сейчас будем уходить. Времени нет.

Она испуганно смотрела на незнакомого мужчину.

– Но... – было видно, что она колеблется. 

Он подвел её к окну, осторожно посмотрел через гардину.

– Видите? – на улице напротив дома стоял тот, в кепке и кожаной куртке, а возле него замер Ермилов. Оба смотрели на дом и о чем-то переговаривались. Даже не скрывались.

– Они ждут меня, чтобы убить, а потом тоже сделают и с вами, – времени объяснять ей не было.

Семевская заметалась по квартире, собираясь в дорогу. Но он её остановил: 

– Нет, в руках у вас должен быть ридикюль и ничего больше, – если увидят, чтобы не заподозрили.

Он критически её осмотрел:

– И переоденьтесь в удобное платье. Две минуты на сборы.

Той же дорогой, какой он сюда зашёл, они дворами, какими-то переулками (Семевская впервые шла через них) выбрались далеко за железнодорожную станцию. Здесь никто их не ждал, те терпеливо караулили их в другом месте.

Она не удержалась и спросила:

– А почему вы всё знаете?      

Он первый раз запнулся, не зная, что ответить, и сердито буркнул:

– Знаю, и всё.

Далеко у семафора загудел паровоз. Пассажирский поезд медленно вкатывался на станцию, отгораживая их от перрона, где уже столпился возбужденный люд.

Паровоз выпустил клубы белого дыма и замер, и он поднялся из своего укрытия, протянул ей руку:

– Идёмте, – помог ей выбраться из откоса и почти побежал, переступая рельсы.

Ближайший вагон. Поднялся по лесенке, открыл двери, втянул её за собой.

– К окнам не подходите! – предупредил.

На перроне с независимым видом прохаживались милиционеры. Ждали. «Фиг вам!» – удовлетворённо подумал.

Снова где-то впереди коротко свистнул паровоз и тронулся с места. Когда за окном мелькнули последние станционные строения и в окно было видно только чистое поле до самого горизонта, он почувствовал, какое напряжение сковывало его, и облегчённо откинулся к стенке вагона.

– Всё, – широко улыбнулся ей. – Пронесло...

Она посмотрела на него, и догадка мелькнула в её взгляде:

– Вы... вы... должны были...

Он не дал ей договорить, провёл рукой по её длинным волосам, успокаивая:

– Ошибаетесь. Разве найдётся человек, который поднимет на вас руку?

А всего-то её вины было, что закончила гимназию, а потом институт благородных девиц, и жених погиб в белой армии в Крыму...

Свидетельство о публикации № 2617 Автор имеет исключительное право на произведение. Перепечатка без согласия автора запрещена и преследуется...

  • © shevchenko :
  • Рассказы
  • Читателей: 2 922
  • Комментариев: 0
  • 2012-02-19

Проголосуйте. Киллер.

Рассказ о киллере 20-х годов, о расправе со своими и методах подставы. Возможность остановиться и задуматься, туда ли ведут такие методы. Виталий Шевченко.


Краткое описание и ключевые слова для: Киллер

(голосов:0) рейтинг: 0 из 100
    Произведения по теме:
  • Wie heiβen Sie?
  • Где-то на фронтах войны. Редакционное задание. Спасение немецкой девушки. Виталий Шевченко.
  • Туфля на правую ногу
  • О встрече одиноких душ после войны. Виталий Шевченко
  • Таинственная квартира
  • Виталий Шевченко
  • Запахи жизни минувшей
  • Рассказ о бывшем воспитаннике детдома и его учителе. Виталий Шевченко.
  • Трудные вершины жизни
  • Виталий Шевченко.         – Что, реактор? – крикнул он, не надеясь, что та услышит.      Но женщина услыхала:      – Да, – всхлипнула она, поворачивая к нему голову и пытаясь защититься от сеявшихся

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.