Долгое эхо

Рассказ о семейной паре и незамужних подругах жены, об экстрансе и женихах. Виталий Шевченко.

Они сидят передо мной за столом и неловко улыбаются. Я тоже чувствую себя стеснённо, хотя моей вины никакой нет. Я женат на их подруге, а они все не замужем. При виде их у меня всегда возникает такое чувство, как будто я в чём-то виноват перед ними. 
И начинаю лихорадочно рыться в памяти – нет ли у меня на примете какого-нибудь хорошего парня, неженатого, чтобы познакомить с ними? И всегда оказывается, что нет. Где они подевались, эти женихи, куда пропали, на каких ветрах-дорогах потерялись?
Ближе ко мне сидит Вероника, она преподает в мукомольном техникуме, её чёткий абрис на фоне окна обворожителен, тёмные, миндалевидные глаза завораживают. Длинные ноги в туфельках на тонком каблучке то и дело застревают у меня перед глазами. Вероника чувствует это и от смущения старается их как-то спрятать. Но это не удается, и она ещё больше стесняется.
От мучений её спасает жена, она забирает Веронику на кухню помогать готовить праздничный ужин. И та, облегчённо вздохнув и натягивая юбку на колени, уходит за ней.
Вероника, в отличие от остальных, была замужем. Но муж её бросил, злые языки говорили, что он сбежал от голода, мол, держала на сухом пайке. А на самом деле никто не знает, как там у них всё получилось.
Вероника на все расспросы подруг отвечает коротко:
– Сухарь!
Я щурю глаза, чтобы получше рассмотреть глухой переулок, где живет Вероника, но ничего утешительного на нём увидать не удаётся. Он по-прежнему пустынен...
– Ты, что, заснул? – слышу голос жены над собой. – А ну, давай, раздвигай стол!
Я поспешно вскакиваю и с готовностью склоняюсь над ним. Остальные девчата бросаются мне помогать, стол визгливо сопротивляется, но под нашими общими усилиями сдаётся, и мы тут же победно его накрываем белоснежной скатертью.
Катерина, самая практичная среди нас, озабоченно говорит:
– Надо сверху накрыть плёнкой, чтобы не запачкать. А то, не дай Бог, кто-нибудь уронит...
Но её никто не слушает, все смеются. На Катерину смотреть одно удовольствие, всё на ней ладно подогнано, каждая строчечка, каждый бантик на своём месте. От неё веет таким здоровьем и такой свежестью, что на улице все оглядываются, когда она идет вам навстречу. Да вот никто не решается подойти...
Капитан, который должен был стать отцом её мужа, погиб вместе с ротой при переправе через Вислу в 1944-м. Только круги пошли над его белокурой головой...
А второй суженый сгорел в пятилетнем возрасте в сельской хате. Мать ушла рано утром доить коров на ферму и не закрыла в печке дверцы, забыла, оттуда выпал уголек прямо на пол, задымилось рядно, затлело, а потом и вспыхнуло... и все...
Жена с Вероникой уже закончили последние приготовления, и все с удовольствием рассматривают празднично убранный стол. У нас с женой сегодня юбилей, исполнилось пять лет, как мы с ней поженились. Маленькое, но торжество.
Я разливаю по бокалам шампанское, жена поднимает свой бокал, к ней тянутся, поздравляя, все, потом ко мне. Жена, не удержавшись, наклоняется ко мне и тихо шепчет на ухо:
– За тебя! – и осторожно подносит бокал к губам.
Её слова слышит Клавдия, она сидит по другую сторону от меня и стеснительно отворачивается от нас. Клавдия пришла со своей младшей сестрой Маринкой. Та во все глаза смотрит на всех нас, она впервые за взрослым столом, и ей очень интересно. Она тоже торжественно пьёт из своего бокала, но, обнаружив, что там всего лишь зельтерская, капризно надувает губки:
– Я тоже хочу шампанского!
– Тебе нельзя, – одергивает её Клавдия, – поглупеешь!
– А вы? – недоумённо смотрит на всех Маринка.
Мы смеёмся. И тут же вспыхнули за столом разговоры. Каждый, перебивая друг друга, старается рассказать самое интересное, что было у него за неделю.
– Понимаешь, – говорит Катерина Веронике, – я сразу увидела, что он дурак. Вы, говорит, – она старается передать скрипучий голос начальника цеха, – должны выйти завтра в первую смену! Как бы не так. Вот упырь! Никак не забуду, что он сделал с...
Вероника, спрятав свои ноги под стол, чувствует себя раскованно и пытается независимо смотреть на меня. Жена повисла на моём плече, а маленькая Маринка перелезла через ноги Клавдии, да так, что оголила её полные, загоревшие колени, от чего та ужасно покраснела и, прикрыв их, рассердилась на свою нерасторопную сестру.
– Дядя Тима, а дядя Тима! – жарко шепчет Маринка мне на ухо.
– Чего тебе? – наклоняюсь к ней.
– Я тоже хочу шампанского! – таинственно смотрит она на меня.
Я взялбутылку шампанского и налил ей в бокал несколько капель шумного напитка, но здесь же был захвачен на месте преступления всем остальным обществом.
– Спаивает ребенка!
– Вот вы все, мужчины, такие!
– Наказание, требуем наказания!..
Однако Маринка успевает омочить свои губы в напитке, и её лицо от этого  расплывается в довольной улыбке. Будет что завтра рассказывать своим подружкам!
Перед сладким столом всем обществом решаем потанцевать. Дружно отодвигаем в сторону стол – он наша достопримечательность, мы его купили с женой в первый год после женитьбы, – включаем магнитофон, и я поочередно танцую со всеми жениными подругами.
Жена великодушно уступает всем свою очередь. Они старательно со мною вальсируют или медленно колышутся в танго, и чувство какой-то вины перед ними вновь охватывает меня.
Парень Клавдии даже однажды оказался с нею в одном троллейбусе, стояли почти рядом, он вышел на остановку раньше, потом забрали в армию и убили в Афганистане. Так и не успели познакомиться. У её мамы четверо детей, две девочки и двое мальчиков, Клавдия самая старшая...
У одной Маринки, кажется, всё нормально. Я напрягаюсь и вижу, как белобрысый парнишка усаживается за школьную парту, достаёт из сумки тетрадку с домашним заданием, разворачивает её, и я успеваю прочесть имя – Михаил...
Вечер наш удался, все довольны, особенно понравился домашний торт, над которым колдовала жена целый день. Маринка даже не сумела съесть свою порцию, и Катерина тут же завернула ей в салфетку:
– Возьмёшь с собой домой.
Весёлой гурьбой мы идём провожать всех на трамвайную остановку. Трамвая ещё не видно, он должен вот-вот подойти, но я не хочу сегодня просто так со всеми распрощаться, поэтому изо всех сил стараюсь что-то узнать.
И, кажется, удаётся. Вот вновь передо мной пустынный переулок, где живет Вероника, на нём появляется какой-то тип. Он медленно идет, на ходу перелистывая книгу. И я узнаю его. Это преподаватель философии из того же самого мукомольного техникума, где работает Вероника. Рассеянный и замкнутый в себе человек. Оказывается, живёт в том же доме, что и Вероника.
Я довольно отпускаю от себя видение и переключаюсь на медленно приближающийся к нам трамвай. Там во втором вагоне едет с работы парень. Он ещё ничего не подозревает.
Остаётся Клавдия, она с надеждой смотрит на меня, но я сегодня ничем не могу её порадовать. Голова и так раскалывается, то ли от шампанского, то ли от напряжения. Я провожу рукой по лицу, и жена с тревогой спрашивает:
– Что с тобой? Голова болит?
– Да нет, – успокаиваю я её, – всё нормально.
Трамвай, скрипнув тормозами, останавливается возле нас. Все наперебой прощаются с нами и садятся в последний вагон.
– Правда, всё было хорошо? – прижимаясь ко мне, говорит жена, когда мы медленно возвращаемся домой.
– Да, – отвечаю я, вспоминая, как мы с ней познакомились и как она, неуверенно посматривая на меня, знакомила со своими подругами.
Избранное: современный рассказ
Свидетельство о публикации № 4674 Автор имеет исключительное право на произведение. Перепечатка без согласия автора запрещена и преследуется...

  • © shevchenko :
  • Рассказы
  • Читателей: 2 289
  • Комментариев: 4
  • 2013-02-02

Рассказ о семейной паре и незамужних подругах жены, об экстрансе и женихах. Виталий Шевченко.
Краткое описание и ключевые слова для: Долгое эхо

Проголосуйте за: Долгое эхо

(голосов:1) рейтинг: 100 из 100

    Произведения по теме:
  • Семь черных камешков
  • Не ты дал жизнь, не ты имеешь право ее отнимать!
  • Красные руки
  • Всё не расскажешь!
  • Тарелка супа
  • Ось так і приходить Муза!
  • Духота начинает спадать
  • Холод
  • Да, история не знает сослагательного наклонения. И всё же: если бы не ваши маленькие беды - разве стали бы вы тем, кем вы есть? Андрей Вахлаев-Высоцкий.
  • Осенние аккорды
  • Юмористические рассказы из жизни тех, кому "за тридцать". Забавные рассказы о пожилых. А жизнь, между прочим, только тогда и начинается, когда дети выросли. 
  • Двое
  • Рассказ врача, рассказ-быль. Короткий рассказ о первом пациенте, о старике и собаке. Геннадий Любашевский.
  • Тетрадка в клеточку
  • Рассказ о студентах. Романтическая история любви. Рассказ как выйти замуж. Виталий Шевченко.
  • Чурбан неотёсанный
  • Иронический рассказ о работе резчика по дереву. Людмила Елисеева.      Дерево не слушалось. Резец устал исправлять неверные движения руки хозяина. Не понимают, что ли, эти удивительные люди, что не

  • Павел Баулин Автор offline 3-02-2013
Виталий Иванович! Некоторые стилистические неточности можно было бы поправить. Ну, например.
"...её чёткий абрис на фоне окна обворожителен, тёмные, миндалевидные глаза завораживают". Два созвучных, однокоренных слова, характеризующие внешность героини, в одном предложении, как-то не весьма профессионально...
И дальше: "Длинные ноги в туфельках на тонком каблучке то и дело застревают у меня перед глазами". Застревать можно "в", но не "перед".
Есть ещё несколько моментов. Посмотрите строгим редакторским взглядом, Вы это умеете.
А рассказ хорош, жизненный. И главное, без политики!
Искренне,
П.Б.
  • Виталий Шевченко Автор offline 4-02-2013
Дорогой Павел Борисович! Большое спасибо за внимание и советы. Все постараюсь исправить."Застревают перед глазами" - это украинизм, я подумал, что он добавляет какую-то окраску к героям. Может, и ошибаюсь! С уважением, Ваш Виталий Шевченко.
  • Ника Вербинская Автор offline 16-07-2013
Рассказ читается с интересом до самого конца. Но вот, как у читателя, у меня возникли вопросы .

Неужели у героя не нашлось ни одного мужчины- друга, коллеги, знакомого - пригласить в гости на торжество? Что это за женская вечеринка? Будто-бы в послевоенное время.

Если герой обладает такими способностями экстрасенсорными, то почему он раньше не "присмотрел" женихов подругам своей жены?
Кстати, выражение "застревают перед глазами" не очень грамотное стилистически, очень такое, мужское. Ведь автор не описал ни нарядов, ни причесок, ни горящих глаз. А ножки - это для мужчины одно из самых привлекательных мест.

Много незаконченных сюжетных линий. Может,это начало романа?

В любом случае- внимательно прочитала несколько раз. Не скучно.

Успехов автору!
  • Виталий Шевченко Автор offline 30-01-2015
Только сейчас прочитал Ваш отклик, дорогая Ника. Спасибо! Это мой старый рассказ, я уже давно перешел писать на украинский язык. Просто он мне дорог, так как в какой-то степени напоминает об ушедшем прошлом. Я с ним долго возился, но "свести" героев нельзя напрямую, тогда это будет не литература. Еще раз Вам большое спасибо!
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Долгое эхо