Теодицея: сказ о Вечности Маргариты Мысляковой

Сказ о Вечности. М.Мыслякова О философской поэзии Маргариты Мысляковой и её новом поэтическом сборнике «Сказ о Вечности». Поэтический сказ о красоте и гармонии мира, прощение его несовершенств и внутренний монолог с Творцом.

За дух философии – будут мне розги
 от тех, кто стихов моих сложностью ранен.
 М. Мыслякова


«Сказ о Вечности» (Запорожье, 2013) – поэтический сказ о красоте и гармонии мира, прощение всех его несовершенств и внутренний монолог с его Творцом. Свободное раскрытие себя, своей души для вдохновенного полёта слова над житейскими неурядицами – в облака Поэзии и Логоса: «Голос и Логос – настолько я им верна, что в идеале пора допустить измену». Это необычная, очень своеобразная поэзия: читая, чётко понимаешь, что у этого автора есть свой круг читателей – людей, в равной мере чувствующих природу и способных пленяться звучанием слова, но при этом не чуждых миру духовному. Теодицея, богооправдание – вот, пожалуй, то слово, которое соединяет все стихотворения этой книги в некое единое целое, в полный, совершенный Круг любви и веры. Прошу не спешить откладывать в сторону этот сборник тех, кто ещё не определился для себя, а стоит ли вообще тратить время на нечто бесплотное и неосязаемое, называемое «душой», и не лучше ли просто не связываться с книгами о том, о чём имеешь лишь смутное представление («и до порога до церковного всё как-то не доходят ноженьки»). Да, эта лирика имеет отношение к духовной поэзии, – но и к философской в той же мере и, конечно, как у всех поэтесс, она дышит природой, любовью и нежностью. Только освящается всё это – терзания чувства, сомнения в справедливом устройстве мира, разлад с самой собой и окружающими, что время от времени происходит с каждым из нас, – уверенностью, что человеку есть на Кого опираться в этом мире, во всяком случае – с кем вести тайную беседу, если его мучают неразрешимые вопросы.
В словах «Нашу с тобой любовь – что-то совсем простое, будто бы хлеб и соль, словно вода и воздух» автор выражает нерушимое кредо любой настоящей женщины, которая не боится ею быть в современном жёстком мире. Наверное, это и есть то, с чего стоит начать, чтобы открыть окошко в Круг любви и веры Маргариты Мысляковой. «Имя твоё озарило мою мобилку словно полярным сияньем», «голос хочу твой слышать сию минуту, ибо – потоп, пожар... Ни секундой позже!». Вполне современные атрибуты начала XXI века помогают почувствовать не только близость автора, его заботы, тождественные нашим, но и настроиться на правильную волну: эта любовь – не о сентиментальных старинных аксессуарах чувства, розочках и вздохах. О чём же любовь Маргариты? Она предлагает читателю самому выбрать: 1) «это имя Бога, его не твердят и не пишут всуе», 2) «это имя беса, с которым всю жизнь предстоит бороться» и 3) «это блуд в трёх соснах, из коего надобно звать на помощь».
– Что вы! – воскликнет оскорблённый в своих лучших чувствах читатель. – Какая может быть любовь и нежность при таком разбросе – от имени Бога до беса и блуда?!
А что, земные чувства – это всегда романтика? Не бойтесь, есть здесь и об этом: «Я назвала тебя светом добра и счастья, и согласился Бог – Он ведь романтик тоже». И, тем не менее, тем, кто хотел бы от поэтов получать только розовые грёзы, иногда стоит подумать: «Осужденье от высказыванья истины как, скажи мне, Боже правый, отличить?!». Вот идёт довольно рискованная лингвистическая игра-каламбур: «Я смело сближаю оргАн и оргазм, нимало в последнем не видя пороков», – и кто скажет, что второе из противопоставленных слов чуждо человечеству?
Оставим же на выбор тех, кто решит дочитать книгу Маргариты до конца, самим сделать вывод, на какой из трёх ступеней сейчас находится автор. Последнее дело для поэтического обозревателя – настаивать на своём видении, ибо человек всегда всё воспринимает через собственную ауру, и у всех нас они разные. Каждый окрасит прочитанное в свои тона и усвоит в той плоскости, в которой выявит своё с автором совпадение. Примирить же все мнения, мне кажется, можно строчкой: «любое бесстрастье чревато пропажей таланта!».
Самое, казалось бы, простое, в чём собственное совпадение с автором можно выявить, – пейзажная лирика. Загвоздка в том, что у Маргариты она не совсем пейзажная. Скорее – стихи о природе, но больше даже – о той таинственной природной силе, которою природа одухотворена и с чьей помощью оказывает на нас такое мощное воздействие. Боюсь, всё же это называется натурфилософией. Это красота и торжественность, и в то же время – в ней хрупкая загадка бытия.

Густел июнь. В саду порхали бабочки,
неслышно приседая и взлетая,
весёлые, цветастые, как тапочки,
что нынче нам привозят из Китая.

Красиво, весело, задорно... Кажется, дальше будут сплошные восторги. – Ничуть не бывало: дальше идут честные отражения картин осени – именно того, как её ощущают, а не то, как после Пушкина её принято описывать: «Дух распада пахнет пряно, как корица», «ибо пышное природы увяданье отвращает наши мысли от бессмертья».
Ещё один интересный момент – попытка сближения с природой через отождествление себя то с бабочкой («А я бы среди вас была белянкою, густой пыльцой припудренною млечно»), то с деревцем: «Плакучею ивою уже не склоняюсь над чёртовой бездною». Поэтесса словно примеряет на себя наряды и образы: а так – похоже? А вот такое – идёт? Конечно, – и, как любой женщине, не идти не может. А нравится ещё и потому, что горожанам свойственно природу воспринимать именно так, как это получается у Маргариты: «Наползают на светлой поляны палас муравьи», «И не ворон, а филин кричит "невермор" тем, кто валит деревья на мебель да рамы», «Леса ближнего зелёная опушка, словно лампою, подсвеченная летом», «осенних листьев мятые купюры бессмысленно шуршат в кармане рощи», «над озера льдистою ванною», «я узнаю пин-коды озёр и цветов алгоритмы». Людям подсознательно хочется страшное, языческое, дикое

с синей кровью, замшелый, без правого уха,
с бородою из трав, что уныло пожухли,
сей законченный образ нечистого духа,
по плечам распустившего волосы-джунгли

«приобщить» цивилизации хотя бы таким образом. Автор честно признаётся: «Поэтесса из города, я тебе раб ли?!». Как раз потому, что из города, то, что привыкшему к лесу казалось бы спокойствием, гармонией, «благорастворением воздухов», Маргарите удаётся описать глазами горожанина, увидевшего и ощутившего Нечто чуждое, странное и магнетически притягательное – «сфинкса собаки» и «бездну цветка».
Но город как олицетворённый образ современности и сам, собственной персоной заявляется в поэзию, чтобы мы, на миг застигнутые среди бездумной беспорядочной суеты поэтическим словом Мысляковой, «глазами вбирая тот пласт бытия, где цену имеем не мы, а предметы», попытались остановиться и осмыслить свой способ жизни. «Мир опять меня оставил в дураках, сделав робкою прислужницею быта», «Мне сегодня столько надобно купить, ловкой змейкою скользнуть по магазинам» – зримый образ персонифицированной Суеты и вещизма. «Может, я доживу и в итоге замру, сражена, этой яркою помпой распада, борьбы и погони», ведь в общем итоге

комната нам уготована вечно –
вплоть до сосновой доски гробовой.
Словно мышей, затаившихся в норах,
будет любить она пленников новых...

И оказавшиеся здесь «сосна» и «мышь» тоже нужны – возьмём-ка аналогию в её обратном порядке – для гармонизации безумной городской гонки, давки в каморках многоэтажного муравейника.
Маргарита осмысливает и природу, и жизнь человека очень жёстким, но точным и афористичным высказыванием: «у смерти, конечно же, лик человечий, но голос – звериный, а запах – цветочный»; даже суть вещей и законы мироздания укладывает в блестящие словесные формулы: «В глубине же рискуешь отчаянно ты ткнуться в дно, как и тот, кто упал с высоты» («Два измерения»). И таких находок-осмыслений в сборнике много, можно сказать, поэтический афоризм для автора – способ видеть мир и реагировать на него. В общем-то, это и есть один из основных признаков настоящего Дара, который есть не у каждого пишущего стихи.
Поэтесса способна звучным и оригинальным словом припечатать даже наши книги
 
(«Хотите – не верьте, но книга – любая – найдёт себе душу, в какой плодоносит», «Я чувствую пошлость, от гнева пунцова»),

и нашу музыку
(«становится часто питьём, вызывающим похоть»),
– т.е. то, чьим варевом упиваются миллионы людей, –

и даже наши идеологические «прелести» (в церковном понимании слова):
 
«нехватка любви к беззащитному прошлому и режет, и колет, и душит грядущее», «отчего ж ты, бывший призрак коммунизма, не сумел перерасти в его же признак».

Такая лирика, которую тоже можно назвать гражданскою, в данном случае не имеет её укоренившихся пороков – громогласности, гиперболизированного пафоса или обличительства («барабанному бою – звук нежной свирели предпочесть») и крайней скудности художественных средств выразительности. – Явление чрезвычайно редкое в современной поэзии, имеющей отношение к политике. Такое читать не скучно.
Так же не скучно читать и чисто философские стихотворения Маргариты Мысляковой, хотя вернее их было бы назвать «философско-религиозными», поскольку философия её основывается на аксиоме существования Бога. Так же, как и многие из нас, автор пытается предъявить Творцу справедливые, на наш взгляд, обвинения: «Вокруг полно ведьмачьего, лешачьего, и Бог суров, и грозно свищет бич Его», «И сделалась истиной блажь Люцифера, и стало абсурдом всесилие Бога», «Как будто бы Бог проявил мягкотелость, а дьявол – немыслимо сильную волю», «Человек, ты всегда – лишь семит, над которым стоит черносотенец», «слишком мало есть имён у добродетелей, слишком много есть названий у грехов». И на этом пути иногда доходит до края – как вам такие пассажи: «Ведь может случиться – бывает же всяко, – что вместе с бесовским исчезнет и Богово», «Как только приблизишься к богоподобью, придирчивый Бог не простит состязанья», «похоже, что Вечность – такая фантастика, какую и Богу нарочно не выдумать» и «Ведь Бог – Он и должен скрываться под видом абсурда»? А старые библейские сюжеты и нравственные заповеди Маргарита «в отторженьи небес августейших» порой переосмысливает до неузнаваемости, влагая в них свой – иной – смысл: «Ведь выглядит порою выше Яхве Иов в своём алкании протеста во имя справедливости», «Есть страшный, смертных грех прощения, когда всё подлое прощается», «Конечно, полезно сраженье с гордынею, но, может, полезно и знать себе цену?!». Но как настоящий поэт не может не писать, так и философ не может не мыслить, вынужденный в поисках теодицеи брести через чащу сомнений и протестов: «Пока я жива, философствую с вывертом, с наездом на Вечность как свод непреложностей», «Но чтобы приблизиться к тайне твоей, порой пробираешься через три ада».
Что ещё можно сказать о сборнике? Тем много. Конечно, есть и излюбленная поэтами тема «стихи о стихах», а значит, как проблема провинциальных поэтов («Существует на свете ли гений из Владивостока?!», «пускай творят непризнанные гении, они сейчас талантливее признанных»), так и проблема поэт – читатель («Для мирных читателей речь моя слишком сложна», «Сложность – болезнь души»). Есть и о творчестве вообще, в широком смысле – «будь волхвом, друидом, магом ты над вышитой картиной». Стихи о собаках и голубях, очень простые (в пику декларируемой автором сложности), драматические и душевные. О старинных замках и...
А впрочем, да узнает, что там таится ещё, сам читатель – без моей помощи. Не бойтесь глотнуть между прочим и каплю философии в этом тонком и приятном напитке Поэзии, оцените её как интересное дополнение – для разнообразия.

2013 г.

Читать ещё: Поэзия Маргариты Мысляковой, Подари мне небо.

Маргарита Мыслякова

Маргарита Мыслякова 
Выразить благодарность автору можно нажав на кнопочки ниже
http://stihi.pro/5744-teodiceya-skaz-o-vechnosti-margarity-myslyakovoy.html
Избранное: литературно-критическая статья запорожские поэты статьи о поэзии
Свидетельство о публикации № 5744 Автор имеет исключительное право на произведение. Перепечатка без согласия автора запрещена и преследуется...


Проголосуйте. Теодицея: сказ о Вечности Маргариты Мысляковой.
Краткое описание и ключевые слова для Теодицея: сказ о Вечности Маргариты Мысляковой:

  • 100

    Произведения по теме:
  • Отзыв на книгу Маргариты Мысляковой «Крылья цветов»
  • Отзыв на книгу Маргариты Мысляковой «Крылья цветов». Творческий маршрут Маргариты Мысляковой показателен: она всегда терзаема вечными вопросами, «невыгодными» темами, обострённым восприятием зла.
  • «Жизнь – лишь капелька мёда с горчинкой ухода»
  • О новой книге стихотворений «Гончие Псы» поэтессы Людмилы Некрасовской. Днепропетровск, 2014 г.
  • «Невольник вещего светила»
  • Литературная рецензия на поэтический сборник Павла Баулина «Возвращение в прошлую жизнь». Татьяна Гордиенко.
  • Новая книга Павла Баулина
  • Литературная рецензия. Рецензия на новую книгу Павла Баулина «Возвращение в прошлую жизнь» (Запорожье, 2011). Маргарита Мыслякова.
  • Подари мне небо
  • Статья о сборнике духовных и философских стихов Маргариты Мысляковой. Стихи о вере и сомнениях, о Боге и любви, место поэта в современном мире. Для читателя, понимающего духовную поэзию и знакомого с

  • Михаил Перченко 30-08-2013
Получил огромное удовольствие от книги. От стиха к стиху, за редким исключением, нарастал восторг от великолепия и точности языка, от обожаемой мною афористичности, эрудиции. Боже, какие рифмы и метафоры! Да, мне порой не нравится слишком прозаическая манера изложения, но таков стиль Мысляковой и, возможно, ей так легче излагать глубокие мысли. А безупречность размера! Феноменальная требовательность к технике. Её книге суждена большая судьба. Смущает только не совсем приемлемое для Украины название книги, но, учитывая, что ценность не ограничивается Запорожьем и Украиной, всё будет хорошо и тут. Пора нашим авторам расширять своё присутствие в мировой поэзии. Книга Мысляковой - один из таких шедевров.
  • Евгений Гринберг 8-09-2013
Полностью согласен с Перченко, что бывает не всегда. Сборник Маргариты достоин того, чтобы поставить его на книжную полку элитной русской поэзии. И отличная статья Светланы Ивановны тому подтверждение.
  • Ольга Лебединская 8-08-2014
Очень хорошая книга. Читаю и перечитываю. И друзьям советую. Тем, кто поймёт. Их немного, да. Но дело в качестве, а не количестве. Стихи Маргариты качественнные, настоящие. В наше время это редкость.
с уважением, Ольга Лебединская.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Теодицея: сказ о Вечности Маргариты Мысляковой