История одного примирения

Меня всегда поражала способность хемингуэевских героев примиряться со своим прошлым, каким бы оно ни было. Данная миниатюра - мысленный эксперимент, попытка нащупать возможный механизм этого явления, хотя бы для частного случая. Андрей Вахлаев-Высоцкий.

Она думала, что никогда больше не будет рвать полевые цветы. Зареклась однажды.

Без пяти минут доктор медицинских наук, она была ещё и небесталанной художницей. По крайней мере, в кругу местной богемы её признавали безоговорочно. Хотя, конечно, богема – она и есть богема. Не скажешь ведь тому, с кем пьёшь, с кем до хрипоты споришь на диссидентские темы, с кем жжёшь свечи в честь новомодных гениев: товарищ, у вас не вполне посредственно разве что самомнение... Она прижилась и приняла правила игры. И раздражали её только мелочи. К примеру, её, ценительницу хороших вин, раздражало пристрастие богемы к водке. А потом она подумала однажды: чёрт возьми, ведь я когда-то не водку даже пила – спирт! И ничего страшного не случилось: без пяти минут доктор наук, небесталанная художница...

Она была неисчерпаемым кладезем медицинского юмора и фольклора. Чёрного, натуралистичного, вызывавшего у людей непосвящённых гиперемию лица, тремор шейных мышц и рвотные позывы. Впрочем, с людьми непосвящёнными она не злоупотребляла этим. Шокировать окружающих – забава для студентов, преподаватель должен чувствовать, что именно и когда именно уместно. Русский мат, тоже вполне натуралистичный, она считала неуместным всегда. Её буквально передёргивало от него – в трамвае, на улице и особенно в коридорах мединститута. До того момента, когда она подумала вдруг: ёрш твою двадцать, если бы я пустила своих студентов так, как когда-то умела, – на их примере можно было бы изучать картину классического нервного шока...

Ей чертовски повезло с семьёй. Муж – любящий и любимый, авторитетный и успешный на службе, не чуждающийся дома ни сантехники, ни кухни, ни детских тетрадок. Дети – такие, за которых не стыдно, а главное – не страшно. Она могла позволить себе выкладываться без остатка. И её дико раздражали девицы, отпрашивавшиеся с занятий и факультативов. Она заранее вычисляла таких: чудовищной конструкции, совершенно неуместные в анатомичке босоножки, не по погоде короткие юбки... Шу-шу-шу в уголке с подругами, и у всех сразу что-то кошачье в выражении лиц, и торопливая, одновременно виноватая и вызывающая походка, и выпирающее сквозь платьице нижнее бельё фасона рыбачьей сети... «Извините, а можно я сегодня... Я досдам тему, честно, послезавтра – можно?» И она отпускала – злясь на них, злясь на себя, злясь на молодёжь в целом, безапелляционно определившую мысль «господи, куда катится наша молодёжь?» как атрибут подступающей старости. А потом подумала однажды: чёрт возьми, ведь я тоже давала дрозда когда-то, и ещё как, и ещё с кем! Муж – умница, он всё понимает, он сам из них. Но рассказать однажды об этом дочери... Даже представить невозможно.

Студенты любили её. Потом они становились интернами. И когда пригласили её на вылазку за город, на первое своё воскресенье после интернатуры, она сочла «нет» неуместным и слишком натуралистичным. И было солнце, и была берёзовая опушка, и был костёр, и гитара, и водка на покрывале из общаги, и кто-то, забывшись, пустил кого-то матерком и тут же извинился. И она поняла, чего всё ещё не хватает им, умным, взрослым, выстраданным. Последовательности им не хватало. Это был их праздник, и корректировать его под любимого преподавателя, которого сами же пригласили, им просто не приходило в голову... После первой стопки – совсем немного, на донышке – она легко поднялась, отряхнула платье, улыбнулась им и пошла. И отойдя подальше, наклонилась и аккуратно надломила цветочный стебель.

Не здесь она ругалась матом, пила неразбавленный спирт и вела себя вольно, не здесь зареклась рвать полевые цветы. Хотя, может, и здесь, кто знает... А цветок был хорош – как художница, она знала в этом толк. Что-то было в этой земле такое, что делало цветы не похожими ни на какие другие. И пахли они божественно, что соцветия, что излом стебля. Как почитательница хороших вин, она мог бы свидетельствовать об этом даже перед божьим судом. А глаза её, глаза юного, но опытного санинструктора, привычно оценивали пейзаж, не поднимавший уже в душе ни горечи, ни боли, ни ярости.

Блиндаж? Нет, просто большая воронка. Вон он, блиндаж. Это – ячейка, это – траншея, и там она продолжается... Понятно. Позиция была развёрнута на юго-запад, но удар пришёлся с севера. Плохая у них разведка была. У нас разведка была хорошая. И весёлая, самая весёлая и шебутная в дивизии...

Санинструктор

Избранное: рассказы о войне 1941 современный рассказ
Свидетельство о публикации № 7212 Автор имеет исключительное право на произведение. Перепечатка без согласия автора запрещена и преследуется...

  • © Wolf White :
  • Рассказы
  • Уникальных читателей: 2 389
  • Комментариев: 2
  • 2014-06-06

Проголосуйте. История одного примирения.
Краткое описание и ключевые слова для История одного примирения:

(голосов:4) рейтинг: 100 из 100
    Произведения по теме:
  • Без заглавных букв
  • Алаверды императору Константину. Андрей Вахлаев-Высоцкий.
  • Об одном из механизмов заражения суеверием
  • Точное значение этого слова - напрасная вера. Но почему-то считается, что связана она должна быть обязательно с чем-то религиозным, запредельным, не поддающимся объяснению. А это ведь далеко не
  • ГАИ на горной дороге
  • Короткий интересный рассказ. Случай из жизни. Хитрый гаишник, который ни разу не попался на взятке. Александр Шипицын.
  • Женский день
  • Рассказ про Женский день 8 Марта. Валентина Яровая.  Какая она только горькая! Нет – сладкая, когда пьёшь её, а злость, бешенство распирает тебя… Пьёшь в одиночестве. Что мы отмечать хотели? А,
  • Лечить добротой
  • Василий Лифинский. Рассказ.  Посмотрев с удивлением на букет, она вдруг поняла, что этот букет цветов ей подарил совсем незнакомый мужчина. Кому он нёс цветы?

  • Павел Баулин 7-06-2014
Удачная (эффектная) композиционная подача.
Возможно, фото преждевременно раскрывает интригу...
  • Светлана Скорик 7-06-2014
Раскрывало бы, если бы стояло перед рассказом, но оно - после.
Без фото было невозможно поделиться в соцсетях.
 
  Добавление комментария
 
 
 
 
Ваше Имя:
Ваш E-Mail:

Код:
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Введите код:

   
     
История одного примирения