Гуманизация

      
 
- Девушка, а, девушка, а как вас зовут? А можно с вами познакомиться?

В тиши разморенного июлем полуденного леса тирада прозвучала как гром среди ясного неба. В смысле – неожиданно, ибо не могло быть у грома такого противного блеющего голоса. Лань вздёрнула голову, ударила копытцами и исчезла. Как привидение: листик не качнулся… Взбешённая Сиринга круто повернулась, не отпуская тетиву. И, пожалуй, выпустила бы стрелу, если бы не внешность незнакомца. Мохнатые, коленями назад, ноги с копытами, рога на лбу, лицо, заросшее диким волосом, из которого виднелись только нахальные светло-серые глаза да широкий, приплюснутый козий нос… Это какое же проклятие нужно было нести, это какой же хворью нужно было скорбеть, чтобы вот так вот, аки боги черепаху, отделала его матушка-природа!

- Будем знакомы, красавица моя, я – Пан, – представилось существо и противно заржало.

- Да хоть мистер! – яростно прошипела Сиринга. – Какого пса тебе здесь понадобилось?

- Ну, иду, смотрю – такая неземная красотка… Вот я и изволил, так сказать…

- Ты изволил испортить мне охоту, – отрезала нимфа, опуская лук. – Сгинь с глаз моих, хамло!

И он исчез. Не ушёл, не улетел – просто исчез, совершенно неожиданно и необъяснимо. Но, увы, положения дел это не меняло: охота была необратимо сорвана. Чертыхнувшись, Сиринга подняла голову, щурясь на солнце, прикинула время, сориентировалась и побрела через лес к охотничьему шатру. К костру, к неслабых размеров амфоре с нектаром и божественному вяленому мясу, к единственной своей, могущественной подруге, с которой смертные частенько путали её. Постепенно игра света и тени в листве, тихий лесной гомон, благоухание цветов и хвои успокоили Сирингу. Ладно, думала она, в конце концов, не последняя охота, и не самая красивая лань-то была, видали и получше, и будет забавно рассказать о приключении неунывающей Артемиде, и тушу на горбу не надо тащить, на голодный-то желудок, и…

- Девушка, а, девушка, а как вас зовут? А можно с вами познакомиться?

Сиринга завела глаза, потрясла головой и повернулась к незнакомцу.

- Простите, но я, кажется, ясно дала вам понять: я не намерена знакомиться непонятно с кем посреди леса. Во имя Олимпа, неужели вы настолько лишены такта, что, испортив девушке охоту, тут же навязываетесь снова! Неужели настолько лишены ума, что надеетесь на её к вам расположение!

- Ну, я ведь всё-таки не любой! – Глаза незнакомца самодовольно ухмыльнулись. – Обычно как-то обходилось. И похлеще тебя дарили мне ласку в ту же ночь…

- Слушайте, пан как-вас-там, это уже слишком. Вы пошляк и циник. Исчезните, а не то…

И он исчез опять.

Вот и бивуак… Заскучавшая Артемида выбежала навстречу подруге, обняла, неловко выворачивая кисти (богиня как раз свежевала добычу, и пальцы её были в крови).

- Нет-нет, потом пожалуешься, сперва обед. Задержалась ты сегодня.

И всё было так, как и мечталось оголодавшей Сиринге: тонкие полоски оленьего мяса, старательно и умело провяленного богиней, плоды неувядающих олимпийских садов из её котомки, душистый бульон с янтарно отсвечивающим озерцом жира, благоухающий кубок…

- Девушка, а, девушка, а как вас зовут? А можно с вами познакомиться?

Сиринга сжала кулаки так, что захрустели суставы, и согнулась в её хватке золотая двузубая вилка.

- Па-ашол вон отсюда, козёл драный, мать твою!!!

Он исчез.

Богиня была явно шокирована. А потом шок добрался и до Сиринги – когда она услышала из уст своей божественной спутницы буквально следующее:

- Ну, ты даёшь, дорогая! Я в шоке от тебя. Никогда бы не подумала, что моя лучшая подруга способна изрыгать такое… такое… непотребство.

- А этот приставала тебя, значит, не шокировал? То, что он без спроса впёрся со своими копытами прямиком в шатёр, к нам, бессмертным, к девам, не знавшим мужа, – это, по-твоему, так и надо? И, кстати, мне он уже смертно надоел! И, кстати, это он, стервец, сорвал мне охоту! И…

- Погоди, подруга, – ахнула Артемида – ты что же, не в курсе? Привыкай, теперь будет так. Закон суров, но – закон.

- Привыкать – к чему?

- Видишь ли, дело в том, что сходу карать всякую шваль теперь уже неправильно. Их нужно – перевоспитывать. Проявляя сугубое понимание и участие. – Артемида хихикнула. – Отец… – Она осторожно огляделась и наклонилась к уху Сиринги. – Отец явственно поглупел с тех пор, как поскандалил с Фемидой и взялся ей мелко пакостить. А паче – после того как закрутил с Психеей… Он это называет – гуманизация пенитенциарной системы мира.

- Уж не хочешь ли ты сказать… – холодея от абсурдного предчувствия, прошептала Сиринга.

- Ты уже поняла, – кивнула головой Артемида. – Дурень обречён появляться до тех пор, пока не сообразит, что поступает плохо. Как скоро – это, согласись, зависит и от тебя.

- Я убью его, – решительно сказала Сиринга. – Артемида, я никогда ни о чём тебя не просила… Слушай, ты не могла бы устроить так, чтобы перевоспитывать меня доверили тебе?

Артемида сморщила нос и помотала головой.

- Не убьёшь, если сразу не убила. Не то воспитание у тебя, милая. Я же знаю тебя как облупленную. Не способна ты поступить с кем-либо бесчеловечно. Так что – терпи и надейся. Или этот, как его, перевоспитается, или папа Зевс поумнеет и спохватится.

Терпи и надейся? Это ей было сказано, Сиринге, нимфе-охотнице?! Негодование нимфы достигло предела, богохульное проклятие уже готово было сорваться с её уст, но в этот миг…

- Девушка, а, девушка, а как вас зовут? А можно с вами переспать?

Сиринга взмахнула руками и превратилась в тростник…

Что обидно, горькому и грозному внушению Артемиды Пан, напуганный и пришибленный случившимся несчастьем, внял бы с первого раза. Проблема состояла в том, что перевоспитывать-то его должна была не Артемида, а исключительно её подруга. То есть теперь уже – тростник безмолвный… Не было иное предусмотрено в подзаконных актах, не учёл Зевс такого оборота событий. И Пан уже не последовал в будущее за этим миром. Он намертво застрял в античных мифах.

Вы и сейчас, если очень-очень повезёт, можете услышать, как он колотит в книжную обложку и истерично требует «выпустить его отсюда». Но вам вряд ли повезёт. Он уже смирился, он уже сам поверил, что пожизненное за мелкое хулиганство – это справедливо и гуманно.

Художник Александр Воронков
Сиринга. Пан грустит. 1997


 
Рекомендуйте стихотворение друзьям
http://stihi.pro/7268-gumanizaciya.html
Свидетельство о публикации № 7268
Избранное: забавные рассказы
Автор имеет исключительное право на стихотворение. Перепечатка стихотворения без согласия автора запрещена и преследуется...
  • © Wolf White :
  • Юмор
  • У стихотворения 1 927 читателей.
  • Комментариев: 2
  • 2014-06-13

Краткое описание и ключевые слова для стихотворения Гуманизация : Вольное переложение греческой легенды о Пане и Сиринге. Андрей Вахлаев-Высоцкий. Проголосуйте за стихотворение: Гуманизация
(голосов:4) рейтинг: 100 из 100
    Стихотворения по теме:
  • Источник знаний
  • Акция
  • Маленькие юморески про акции и дешёвую распродажу. У нас в магазине время от времени заботливые владельцы устраивают акцию.
  • Челюсть
  • Весёлые шутливые миниатюры о патриотизме, вопросе с Крымом и вставных челюстях. Продаётся челюсть нижняя и верхняя в хорошем состоянии, недорого.
  • Ветер в лицо
  • Весёлые мысли обо всём на свете. Думаю, точно: военкомат закрыт, все ушли на фронт. Подхожу ближе, а там написано: «Приёма нет! С 12 до 13 обед». Я так удивился.
  • Чужие мысли
  • Забавные комические ситуации из жизни: проблемы с законом, стыдные мысли, гордость нации, бабло и др.
  • Светлана Скорик Автор offline 13-06-2014
Очаровательно!
  • Светлана Жукова Автор offline 14-06-2014
А мне кажется ситуация довольно современна, Андрей!))
Спасибо!
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Гуманизация