Ущелье Майрум-Дере: инструкция по эксплуатации

Вправе ли мы давать названия тому, что уже когда-то было названо? Когда дело касается любимых уголков планеты, ни "да", ни "нет" не будет истиной: ответ гораздо глубже и серьёзней... Андрей Вахлаев-Высоцкий.

Мы открываем новое, давая ему имя. Открывая новое для себя, мы поступаем так же. На кроках твоих туристских маршрутов, на дефицитной армейской двухвёрстке поверх законных названий и высот незримо проступают мыс Дохлой Чайки, переправа Крутых Яиц... Они имеют право на жизнь лишь постольку, поскольку вызывают у тебя мечтательную улыбку, дают возможность сказать другу: «А помнишь?..». Оно неоспоримо, это право, однако первым признаком зрелости путешественника, зрелости, никак не связанной с возрастом, всё же станет вопрос: вправе ли мы давать названия тому, что уже когда-то было названо?
Железнодорожная станция Бахчисарай. Привокзальная площадь. Городской автобус номер два. Ущелье Майрум-Дере, крохотная борозда рельефа на лике огромной планеты. Ты мог бы сесть на первый номер, и от конечной, ханского дворца, подняться до ущелья старым городом, мимо минарета, мимо вросших в скалу татарских домов, мимо случайных могил безымянных хаджи под отвесами, но – не стоит, не сейчас. Выходи из автобуса и следуй дальше, по дороге на широком уступе скалы, над гранёными стенами мавзолея Хаджи-Гирея и его сына Менгли. Легенда говорит, что, не поделив любимую женщину, они убили её, но старый хан не смог её забыть и покончил с собой. Всё было иначе: была политика, столь же равнодушная к любви, обычаям и родственным чувствам, как нынешняя. Но оба они были такими же неисправимыми бродягами, как ты, и втихомолку проклинали свою завидную участь. Они простят тебе молчание и небрежный, вскользь брошенный взгляд. Не останавливайся.
Не останавливайся в Успенском пещерном монастыре. Обитатели его могли бы ответить на многие вопросы, но эти вопросы не твои.
Не останавливайся у братской могилы: крымские партизаны и бойцы регулярных частей отдали свои жизни и за тебя тоже, но они были слишком недавно, слишком близко. Ты воздашь им должное на обратном пути.
Не останавливайся, пока ущелье само не остановит тебя, неожиданно и непонятно, вдалеке от самых знаменитых своих достопримечательностей. До кладбища, где похоронена добрая половина караимского народа, по дну его ещё идти и идти. До города, возвышающегося по левую руку, ближе, но путь лежит по крутой каменной дороге, иссеченной следами древних повозок. Караимы называли этот город Чуфут-Кале – Место Иудеев. Он носил татарское имя Джевхер-Кермен – Жемчужная Крепость. Ещё раньше – Кырк-Ор, Сорок Замков. А прежде – Фуллы. Никто не знает, что это должно было означать. И назвавшие его так отнюдь не были первыми.

Здесь тонкий слой земли под твоими ногами наполнен тысячами истлевших стрел и дротиков, тысячами костей и каменных ядер, ржавой пылью тысяч мечей, наконечников копий и конской сбруи. Каждого камня здесь касались до тебя тысячи рук, каждая песчинка тысячи раз перевёрнута мотыгой и наконечником плуга. И здесь нет ни одного изначального названия, ни одного имени. Здесь всё пронизано ответами на вопросы, которые просто не придут тебе в голову – слишком древнее это ущелье. Если бы все, жившие здесь когда-то, вдруг восстали, ущелье заполнилось бы их телами доверху. Ты готов спрашивать их, готов поднять их из могил?

Юрий Сенкевич, врач отряда космонавтов и неутомимый путешественник, да будет ему пухом земля, оказал ущелью дурную услугу, разрекламировав его. Что ж, иди в город, иди за галдящими толпами экскурсий, удивляйся глубине пещер и колеи, пробитой деревянными колёсами в камне, слушай трогательную историю юной Джанике-ханым, спасшей город от жажды во время одной из несчётных осад. История прихотлива, она сохранила не только имя, но даже причину смерти девушки: синдром Бо*, выраженная сердечная недостаточность или атриовентрикулярная блокада**. Однако кем она приходилась хану – уже никогда не будет известно. Не верь экскурсоводу: он называет родство лишь для полноты легенды.
У тебя общий с ними путь, но это ненадолго. Ущелье остановит тебя снова, если ты стоишь его. Они пойдут вниз, ты – останешься. До утра ты уже ничем не сможешь уехать отсюда. У каменного ли столба, с незапамятных времён стоящего на скрещенье дорог, у ворот ли Газы-Мансур мазара, у одноименного ли родника, носящего почему-то звание фонтана – неважно где – к тебе, твердокаменному материалисту, впервые придёт смутная еретическая мысль: именно на этом месте, где ты стоишь сейчас – начало мира, центр Вселенной. Экскурсанты уйдут, монахи уведут с косогора своих коз, местные алкоголики предпочтут более близкие к Бахчисараю пещеры, ты останешься один, и это будет совершенно особенное одиночество, спокойное и удовлетворённо-молчаливое.

Ты можешь снова подняться в мёртвый город. Запоры Потайных ворот обмотаны цепью, но хранители нарочно оставляют в воротах щель, достаточную, чтобы просунуть руку и сбросить цепь снаружи. Если ты опасаешься встречи с большими, молчаливыми и дружелюбными собаками хранителей – выбери себе пещеру во внешнем оборонном поясе. Спальник и каримат гарантируют тебе достойный уют. Духи этих мест будут благосклонны к тебе, ты спокойно уснёшь под хохот сов и дикие крики фазанов. И внезапно и сразу проснёшься среди ночи от едва слышного шелеста полиэтиленового пакета, далёкого скрипа камней под собачьей лапой. И с неожиданным, непонятным удовлетворением обнаружишь в своей руке нож. Твои дикие жестокие пращуры всё ещё живут в твоей крови и никогда не спят, оберегая тебя, не знающего их имён.
Нет, это ещё не открытие. Для открытия ты должен ещё много раз возвратиться к вопросу: почему, почему, собственно – начало мира? Многие годы, до тех пор, пока не поймёшь, не почувствуешь всем существом, что вопрос бессмысленен, и совсем не потому, что слишком широк. В самой основе его заложена ошибка. Это не начало мира. Это начало тебя.

И тогда ты вернёшься сюда. Ты будешь необъяснимо точно знать, чувствовать, когда следует вернуться. С точностью до дня.

Смотри, как возносятся по отвесной стене лучи заходящего солнца. Слушай песню ветра, шёпот листвы. Отключи своё сознание, успокой сердце, заставь их молчать. Слушай голос твоей древней крови, голос, не знающий слов, не признающий вопросов, тихо, страстно и точно говорящий о солнечном свете, о земле под твоими ногами, о травах, укрывающих её, о скалах, о птицах, о тебе. О мире вне имён и названий, о мире, который просто есть.

* Синдром Бо – тяжёлая аритмия, характерная для сердечной недостаточности или атриовентрикулярной блокады. Средневековыми врачами Востока объяснялась как «птица, гнездящаяся в сердце».
** Атриовентрикулярная блокада – один из механизмов поражения главного водителя сердечного ритма (нервного пучка Гиса), приводящий к значительной или полной неспособности выполнять свои функции.

См. также «Чуфут-кале»: цикл рассказов и стихов, с фотографиями

Избранное: современное эссе
Свидетельство о публикации № 7313 Автор имеет исключительное право на произведение. Перепечатка без согласия автора запрещена и преследуется...

  • © Wolf White :
  • Эссе
  • Читателей: 2 255
  • Комментариев: 0
  • 2014-11-04

Проголосуйте. Ущелье Майрум-Дере: инструкция по эксплуатации. Вправе ли мы давать названия тому, что уже когда-то было названо? Когда дело касается любимых уголков планеты, ни "да", ни "нет" не будет истиной: ответ гораздо глубже и серьёзней... Андрей Вахлаев-Высоцкий.
Краткое описание и ключевые слова для: Ущелье Майрум-Дере: инструкция по эксплуатации

(голосов:2) рейтинг: 100 из 100
    Произведения по теме:
  • Миниатюры
  • Как много сюжетов дают окружающие люди! «Когда сжимается сердце» - под таким названием я бы объединила свои миниатюры-наблюдения, которые оставляют много вопросов.
  • Бесконечность плюс-минус константа
  • Взгляд на сугубо коллективное увлечение с точки зрения сугубо эгоистической. Внимание: требуются знания математики в объёме выпускного класса! Андрей Вахлаев-Высоцкий.
  • Нет времени
  • Вы таки будете смеяться, но миниатюра - о времени. О его обличьях как данности, которую не выбирают, и как слова, которым можно поиграть. Андрей Вахлаев-Высоцкий.
  • О логике
  • Философское эссе о логике, противоречивости и непротиворечивости, о человеческих табу и приоритетах. Лео.
  • Сказочка
  • Талант эссе. Чудо таланта в человеке как растущая жемчужина. Нарушенная гармония как потеря времени. Раковине так не хватало времени! Она растила в себе жемчужину редкой красоты и совершенства.

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Ущелье Майрум-Дере: инструкция по эксплуатации