На чужой каравай рот не разевай

Иронический рассказ о войне между двумя отдельными хозяйствами. Старый рассказ, написанный ещё 20 лет тому назад, – и как наложился на наше время! Виталий Шевченко.

Вначале Семенюк, как и все вокруг, не придавал особого значения передачам по местному телевидению. Ну, врут, так все врут. Но когда во дворе разорвался снаряд, убив ненароком выглянувшую из будки старую Жучку, забеспокоился.
– Слушай, Пахомыч, – поинтересовался он у соседа, – что происходит?
– А ты разве не знаешь? – удивлённо ответил тот, на мгновение прерывая свой войсковой манёвр (по-пластунски преодолевал расстояние от хаты до хлева, где глухо мычала в ожидании душистого сена кормилица семьи, пятнистая Любава).
– Не-а, – ответил Семенюк, вытягивая шею и приседая у забора: неприятно дребезжа над ними, пролетел снаряд и разорвался через дорогу, во дворе старой Иванчучки.
«Перелёт!», вспоминая военные фильмы, виденные в детстве, определил он.
– Старшая бригада хочет вновь с нами объединится, нельзя, мол, вот так резать по живому! – сообщил сосед и пополз в хлев.
Со старшей бригадой они разъединились ещё в прошлом году, зимою. Те очень не хотели идти на образование двух отдельных, суверенных хозяйств. Мол, и язык один, и история общая, и всё у нас переплелось в неделимый узел, да и сами вы не сможете жить, кто вам поможет, коль вдруг что, и на супостата вместе ходили.
Но младшая бригада, сверкая голыми боками, стояла на своём:
– Нет, ребята, дружба дружбой, а... – и независимо разводили руками. Пришлось тем уступить.
И вдруг такой поворот! Семенюк зашёл в хату, включил телевизор и стал слушать последние новости. По первой программе вещал заграничный диктор:
– В последнее время общественность старшей бригады с тревогой прислушивалась к сообщениям из-за бугра. Там всё откровеннее нагнеталась антибригадная истерия, к власти пришли деструктивные националистические силы, появилась прямая угроза жизни и имуществу наших граждан. Поэтому руководство Старшей Бригады, трезво оценив обстановку, приняло взвешенное решение о временном вводе ограниченного континента регулярных войск на территорию Младшей Бригады для наведения законного порядка! – сиял диктор, голос его напоминал в эту минуту основательно забытого всеми легендарного Левитана.
Семенюк плюнул и переключил телевизор на свою программу. Здесь взволнованная и испуганная дикторша глухо частила:
– У третьей фермы наша нерегулярная часть, руководимая завфермой Хлыстюком, удерживает исходные позиции, не уступая противнику, который под прикрытием кукурузы перебрасывает туда свои регулярные части, видимо, готовя решающее наступление. Граждане! Все, кто может стать под ружьё, направляйтесь к ферме!
– Да-а, дела-а, – вздохнул Семенюк и пошёл на огород: там в укромном месте, ещё со времён службы, лежал хорошо смазанный и обёрнутый в добротную материю автомат Калашникова. Пригодился.
– Когда вернёшься? – деловито спросила жена, засовывая ему в карман сверток с только что испечёнными ватрушками с творогом, любимой едой мужа.
– А кто его знает! – вздохнул Семенюк. – Пока не отгоним супостата.
За околицей редкой цепочкой направлялись к ферме, видневшейся на самом горизонте, граждане, откликнувшиеся на призыв дикторши. В руках у одних были ружья, у других – колья. Автомат оказался один, у Семенюка. Его и сделали командиром.
– В таком случае, – сказал он, – слушай мою команду! Идти на расстоянии десяти метров друг от друга!
Послушались. Как ни как дело говорит.
Когда подходили к ферме, оттуда выскочил вражеский танк и направился к ним. Еле спаслись в посадке. Танк приблизился вплотную к деревьям, но ближе не подошел, мешал ров, – остановился, поводил пушкой. Все забеспокоились: а вдруг выстрелит? Тогда хана!
– Граната есть? – всполошился Семенюк. – Есть у кого-нибудь граната?
С левого фланга прибежал внук Иванчучки, Петро, с тяжеленной гранатой. Семенюк взял её, прикинул на глаз, достанет ли танк, – достанет! Разбежался, кинул, целясь в переднюю левую гусеницу, и упал, вжимаясь в землю.
Глухо прозвучал взрыв, потом танк крутанулся на месте, – ехать не мог, повреждена гусеница. Из подбитой машины выскочили танкисты, их гуртом постреляли. И пошли дальше.
Хлыстюк обрадовался, увидев подмогу:
– Я думал, что продержусь до вечера и придётся отступать. Теперь дудки! – разгорячено говорил он, больно хлопая по плечу Семенюка.
– Здесь против нас воюет Ёлкин-Водкин, – добавил он. – Бездарность. Я с ним ещё в армии служил, тупица полный. Как только стемнеет, мы им покажем кузькину мать!
И вправду, когда стемнело, «бандформирования», как назойливо вещала по телевидению недружественная старшая бригада, так ударила по регулярной армии противника, что те побежали, сломя голову, до самой государственной границы.
Были захвачены значительные трофеи и пленные, которых тут же отправили вглубь государства. Сам Ёлкин-Водкин, пользуясь темнотой, скрылся в неизвестном направлении. Победителям достались только его новенькие галифе.
Семенюк вместе с Хлыстюком всю ночь были в боевых порядках, готовились к дневным боям.
– Фиг им, а не объединение! – решили оба. – Хватит нас обдирать!
– Да, – согласились вокруг все солдаты, – на чужой каравай рот не разевай!

15. 01. 1995 г.
Свидетельство о публикации № 7538 Автор имеет исключительное право на произведение. Перепечатка без согласия автора запрещена и преследуется...

  • © shevchenko :
  • Рассказы
  • Читателей: 1 658
  • Комментариев: 0
  • 2014-07-29

Проголосуйте. На чужой каравай рот не разевай. Иронический рассказ о войне между двумя отдельными хозяйствами. Старый рассказ, написанный ещё 20 лет тому назад, – и как наложился на наше время! Виталий Шевченко.

Краткое описание и ключевые слова для На чужой каравай рот не разевай:

(голосов:0) рейтинг: 0 из 100
    Произведения по теме:
  • Скамеечка
  • Прошлое нас не отпускает. Виталий Шевченко
  • Не приведи Господь!
  • Рассказ о боевых действиях в городе, битве за каждый дом, расстрел женщин и детей. Этот рассказ нашёл в своих старых рукописях. К сожалению, оказался пророческим. Виталий Шевченко.
  • Страна второгодников
  • Грустный рассказ о первой любви и службе в армии, о невозможности соединить свои судьбы людям разных национальностей. Виталий Шевченко.
  • Для ВАИ войны нет
  • Рассказ о военной автоинспекции, о контрольно-пропускном пункте, о выполнении воинского долга. Александр Шипицын.
  • «Фотографией на белой стене...»
  • Короткий рассказ о непришедшем с войны солдате, об ожидании матерей и жён. Виталий Шевченко.

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
На чужой каравай рот не разевай