Таинственная квартира

Виталий Шевченко

- Ты куда, гад, прешь?! – выругался он, успев перед самым столкновением вильнуть в сторону и притормозить. Огромный самосвал с надсадным ревом, видно, давно не был на профилактике, выплыл из тумана и тут же, отчаянно сигналя, вновь провалился в него.
Открыл дверцу и прислушался. Было тихо, в воздухе плавал запах жареного лука. Кто-то готовил ужин, и у него засосало под ложечкой. «Едят, черти! А тут ездий!» - чертыхнулся, припоминая адрес, не то четвертый этаж, не то пятый.
Подъехал поближе, чтобы разобрать номер дома. Лилово блестели сбоку подъезда большие цифры «345». Ага, следующий дом.
Осторожно выжал сцепление и медленно, покачиваясь на выбоинах, тронулся с места. Проплыл мимо огромный зев мусоропровода, вокруг валялись объедки, грязная бумага, обрывки газет… Преодолев последние метры, остановился у входа в подъезд, поставил на ручной тормоз, выключил мотор, вышел и захлопнул дверцу, проверил или закрыты остальные, неровен час, угонят из-под самого носа и только лишь тогда направился к лифту.
Поднялся на четвертый этаж, вышел, неподалеку тускло мерцал мебельными гвоздями на обшивке двери номер квартиры. Сравнил номер с тем, что написан на бумажке, плотно зажатой в руке. Сошлось, хорошо, и постучав сильно в дверь, прислушался.
Там долго была тишина, постучал снова, еще сильнее и услыхал, как тихо подошли к дверям с той стороны и притаились.
- Эй, есть кто-нибудь? – крикнул, уже сердясь, дел невпроворот, а тут стой, как сирота казанская.
- Кто там? – робко возник за дверью женский голос.
- Свои! – И добавил, разъясняя, - От Павла Андреича.
Дверь отворилась и он ступил через порог, спеша выполнить поручение. В глаза бросилось испуганное лицо девушки, внешность восточная, с горбинкой нос… Она растерянно смотрела на вошедшего.
- Я от Павла Андреича! – сказал он и заглянул в бумажку. – Вы Ия?
- Нэт, - ответила девушка, - я ее сэстра.
- Вот как ? – Теперь наступила его очередь растеряться. – Мне о вас Павел Андреич ничего не говорил!
Павел Андреич поручил ему достаточно щепетильное дело.
- Съезди вот по этому адресу. – Он ткнул ему в руку помятую бумажку. – И привези сюда дивчину. Ией звать.
А теперь что делать? Он растерянно уставился на странную девушку. Говорит с таким сильным акцентом. Вообще-то ему плевать на это поручение, он уже вернул Павлу Андреичу долг с лихвой, но не хотелось так сразу сжигать мосты, мало ли что.
- Я вчера приэхала из Тбилиси а сэстры нэт, - сказала девушка и губы у нее задрожали. – Пачему ее нэт, ума нэ приложу. Милиция нэ знает, морг нэ знает, пачему ее нигде нэт, а-э?
- Может, к подруге пошла? – наугад спросил он.
- Нэт, и там ее нэт! – отрицательно покачала головой сестра Ии.
Он увидел возле дверей телефон на столике, подошел к нему, набрал номер, услыхал гудки в трубке, подождал.
- Слушаю! – совсем рядом возник голос Павла Андреича.
- Это я, - сказал он. – Тут такое дело. Ии нет. Есть ее сестра.
На той стороне замерли. Потом он услыхал, как там в трубке исчезло дыхание. Значит, закрыли мембрану, чтобы не было слышно о чем говорят. Но он терпеливо ждал, пока не возникли вновь и дыхание и голос:
- Ладно, привези сюда сестру.
- Хорошо.
На той стороне оборвали разговор. Он помедлил, собираясь с мыслями. Было слышно, как равномерно звучали гудки в тишине, словно подводили невидимую черту под прошлым и положил трубку на рычаги.
- Сэстра там? – от волнения у нее еще сильнее стал слышен акцент. Он пожал плечами:
- Сейчас съездим туда и узнаем.
Еще раз внимательно посмотрел на девушку. Маленького роста, ладненькая фигурка, умный блеск глаз.
- Как звать – то? – спросил.
- Натэлой, - ответила. Усмехнулась, а в глазах грусть.
- А меня Фомой.
- Да? – удивленно переспросила. – Такое редкое имя.
- Спасибо родителям. – Широко развел руками, улыбаясь. – А вообще-то не жалуюсь. Лучше чем Трактор или там Гвоздь. Представляете, Гвоздь Иванович, а?
Первый раз с ее лица слетела грусть и она улыбнулась, показывая в улыбке красивые белые зубы.
«А вообще-то она ничего!» - мелькнула мысль. – «Что это у них там с Павлом Андреичем?» - набежала другая, не особенно приятная. Павел Андреич фрукт еще тот.
- Павла Андреича знаешь? – спросил как бы невзначай.
- Нэт! – ответила она, посерьезнев лицом и внимательно вглядываясь в него.
- Ну, ладно, поехали. Там разберемся. – сказал, отгоняя от себя всякие мысли. Все равно от них никакого толку.
К Павлу Андреичу на дачу ехать всего минут двадцать, не больше, поэтому и словами то не успели как следует переброситься, только спросил, как сюда попала.
- К сэстрэ приехала, - помолчав, ответила Натэла, - она позвонила и сказала: «срочно приезжай!»
- Слушай, а я никогда раньше в Грузии не был, - сказал он, - как там у вас?
- Нормално, - она пожала плечами, - живем, как все.
- У вас большая семья? – Он притормозил на перекрестке, поджидая, пока загорится зеленый огонек светофора. Туман исчез и видимость была прекрасная.
- Как у всэх… мать…отэц… братья… Сандро и Тариэл… и вот… сэстра… Ия… - вспомнив сестру, вновь огорчилась.
- Ух ты! – он свернул на боковую улочку, еще метров двести и они приехали, - Большая семья! А вот у меня никого нет… один, как перст… Сирота… - хихикнул, да не очень весело.
- Что, совсем, совсем никого нэт? – она не сводила с него своих больших, немного на выкате, глаз.
- Не-а, - он усмехнулся, подруливая к калитке дачи, -никого, - увидел еще, как вспыхнула в ее глазах жалость к нему, почему-то стало от этого приятно и добавил: - Приехали!
Она сразу съежилась и с опаской посмотрела в сторону дачи, которая виднелась в глубине двора.
Калитка была открыта, ждали. И он пошел по дорожке, заботливо уложенной зеленой плиткой с белыми цветами. Ни перед дачей, ни в прихожей, куда они вошли, никого не было. Это его несколько удивило и встревожило, так просто к Павлу Андреичу не попадешь.
Но в следующей комнате, куда была приоткрыта дверь, находился сам Павел Андреич, мужчина лет сорока, с нахальным золотым зубом во рту, и он успокоился.
- Ии нет. Вот ее сестра, Натэла, - объяснил.
- Хорошо, - коротко кивнул Павел Андреич и, покопавшись в портмонэ, сунул ему в руки сотенную, - Можешь идти.
Ассигнация обожгла руки и он поперхнулся от неожиданности.
- Фома, вы меня оставляете? – звонко спросила девушка.
- Д-да, нет-т, - промямлил он, не зная, куда деть ассигнацию. Но здесь пришел на выручку Павел Андреич.
- Дорогая, мы только выясним некоторые обстоятельства с вашей сестрой и вы сможете уйти, - сказал он, выпроваживая Фому за двери.
Фома очутился на улице, проклятая сторублевка громко хрустела в его руках, и ему показалось, что двое парней, медленно прогуливающихся около калитки, оглянулись на этот хруст.
«Что, собственно, они хотят от нее? Узнать, где сестра? Так она ничего не знает!» - подумал он.
Ию он раньше не встречал, говорили, что она имеет доступ в какие-то там высшие сферы, но ему лично было начхать с высокой горки на все эти сферы и поэтому никогда особенно не вслушивался в разговоры, которые велись вокруг. И теперь пожалел, знал бы сейчас хоть что и откуда ожидать.
Сел за руль, включил мотор и понял, что отсюда не уедет. Не имеет права.
Вышел из машины, вернулся к калитке, но теперь она была заперта, это, как ни странно, успокоило его. Он одним прыжком перемахнул через забор и оказался с глазу на глаз с двумя амбалами, невесть откуда взявшимся.
- Ты, что, паря, - сказал тот, что был к нему поближе, - появляешься без предупреждения? – и звезданул его рукой, как кувалдой, в бок, да так ловко, что Фома только присел.
- Ребята, я свой, я только что был у Павла Андреича, - выдохнул, превозмогая боль. Амбал размахнулся, чтобы повторить свой удар, но второй остановил:
- Ладно, Рудик, хватит с него! – сказал он, приоткрывая, как бы невзначай, полу пиджака. Там, на огромном ремне висел широченный армейский тесак. – Иди отсюда и не возвращайся, если хочешь жить! – Открывая перед Фомой калитку, сказал он.
- Все, все, ребята, лады! – согласился Фома, вырываясь на улицу. Было ясно, что мозолить глаза не следует, и он тут же уехал, свернув в переулок и отгородившись от дачи густыми зелеными насаждениями, этих двоих он у Павла Андреича раньше не видел.
«Вот гад!» - подумал, кривясь от боли, так сильно тот звезданул его в бок. «Не иначе, как каратист!» - решил, припоминая и себе все те приемы, которым его обучали в десантном полку в Афганистане. «Ну, сволочи, я вам сейчас покажу!» - теперь-то он от них не отступит.
Отъехав на почтительное расстояние, здесь они его машину не обнаружат, вышел, как бы невзначай, обошел ее, вытащил связку ключей, подкинул несколько раз на ладони, уронил, стараясь так, чтобы они упали под машину, полез за ними, достал их, и пользуясь тем, что на пустынной улице никого нет, открыл тайничок, специально впаянный в крестовину и где находился револьвер, привезенный им из Кабула.
Еще раз обошел машину, постукивая ногой по скатам, как бы проверяя их состояние, и убедился, что никто за ним не следит.
Эти места он знал хорошо, поэтому сделал порядочный крюк и вышел к дачи с другой стороны, но близко не подходил, не хотел, чтобы преждевременно заметили.
Сколько их там в доме, определить трудно, те двое у входа и здесь может быть один – два охраняют. Он медленно прошелся вдоль забора и как бы невзначай заглянул через него. Да, так и есть, дверь в гараж была открыта и там копался в моторе один человек, а перед кустарником, на стуле сидел с газетой в руках и читал еще один. «Ага, четверо их», - подумал удовлетворенно, чувствуя, как весь сжался, как перед стартом.
Во дворе были увлечены каждый своим делом и поэтому прозевали его рекогносцировку. «Надо тех двоих отвлечь», - подумал, - «пока я с этими управлюсь». Остановился, показалось, что из дома донесся чей-то крик. Даже тот, на стуле, обернулся. Почувствовал, как похолодело все внутри. Неужели с Натэлой что-то? А он, дурак, сам привез ее сюда. Сообщник.
В конце улицы показался милиционер. Он шел, держа в руке дипломат, и легонько посвистывая себе под нос. «Наверное, с дежурства», - подумал. И пошел ему навстречу. Другого выхода не было. Сейчас стемнеет и все тогда усложнится во сто крат.
- Слушай, друг, - сказал, когда поравнялся с ним: - У меня нет времени объяснять. Помоги. Я сам не справлюсь. Надо отвлечь двоих.
Милиционер изумленно смотрел на него.
- Помоги друг, - снова повторил Фома. – Пока вызовем наряд, будет поздно.
Он подождал, пока милиционер не появится перед калиткой, минуты две хватит, и тогда снова перемахнул через забор. Движения его были вкрадчивы и плавные, чтобы подольше не обнаружили, как можно ближе подобрался к тому, с газетой. Там, возле калитки громко говорили. Все. И резко шагнул вперед, тот, с газетой, только успел поднять голову и тут же рухнул на землю от мощного удара Фомы, когда-то этим ударом восхищался старшина роты в Кабуле. «Ты, Мусиенко, просто зверь! Лучше тебе не попадаться!»
Расправился и с тем, возле машины, тот так и не понял, что с ним произошло. Взлетел на крыльцо, прислушался, кто-то в глубине дачи плакал, кажется, женщина, осторожно открыл двери, не скрипнула. В прихожей вновь ни души. «Сегодня он мышей не ловит», - подумал о Павле Андреиче. Без единого звука пересек прихожую, прислушался у входа в следующую комнату, где по его расчетам должен быть Павел Андреич, там кто-то находился, собрался, резко дверь на себя, за ней какой-то хмырь с наглой рожей, упреждающий удар ниже пояса, и тот готов, как и те двое на улице. Двумя прыжками к следующей двери, за ней слышен голос Натэлы. Но о чем она говорит, неясно, перекрывает голос Павла Андреича, сжал револьвер так, что побелели суставы пальцев, вновь дверь навстеж и страшным голосом: - Руки! – двое и среди них Павел Андреич, бледнея, поднимают руки. А за ними, привязанная к спинке кровати, то ли сидит, то ли висит Натэла, в разорванном платье.
- Развяжи, сволочь! – это к Павлу Андреичу. - Быстрей, а то пришью!
Тот наклоняется над девушкой, пытаясь развязать узлы, что-то уж слишком долго, потом внезапно распрямился и метнул нож в него, выстрел, и Павел Андреич, удивленно глянув в окно, медленно, как китайский болванчик, склонив голову на грудь, валится на пол, а у него сильно заболело плечо, достал таки, гад.
Второй делает попытку ринуться к дверям, но револьвер, глянув в его сторону, заставляет замереть на месте.
Болит плечо, выстрел, это хорошо, сейчас здесь будет милиция со всего района. Он кладет второго на пол и разрезает узлы на руках и ногах у Натэлы.
Слышно, как кто-то шумно идет к ним. Успевают стать по обе стороны двери, и вовремя, дверь от сильного толчка распахивается и в комнату заглядывает милиционер.
- Цел? – спрашивает он и добавляет: - Слушай, как ты их всех положил? Высший класс!
Натэла находит какую-то тряпку и перевязывает ему плечо.
- А те двое? – спрашивает Фома у милиционера.
- Лежат как огурчики! – смеется тот, - как услыхали выстрел, сразу сдались. – И уходит звонить в отделение, вызывать наряд.
Кружится голова и Фома садится на кровать, слышит рядом голос Натэлы.
- Я испугалась, когда ты ушел. Этот, - она показывает туда, где лежит Павел Андреич, - сказал тебя убрать.
Чего они к тебе пристали? – спросил Фома.
- Не знаю. Ия им что-то помешала. Они все допытывались, где она. Не верили, что я не знаю. А тут ты появился! – она улыбнулась, но увидев, как он скривился от боли, участливо склонилась над ним:
- Потерпи, дорогой, сейчас приедет врач.
Он посмотрел на ее истерзанное платье и сказал:
- Слушай, извини, а?..
Она смутилась, через загар пробился на щеку легкий румянец, скосила на него свои большие, немного на выкате, глаза и махнула рукой:
- Ладно, чего уж там.
Свидетельство о публикации № 9686 Автор имеет исключительное право на произведение. Перепечатка без согласия автора запрещена и преследуется...

  • © shevchenko :
  • Рассказы
  • Читателей: 1 488
  • Комментариев: 3
  • 2015-09-26

Проголосуйте. Таинственная квартира. Виталий Шевченко
Краткое описание и ключевые слова для Таинственная квартира:

(голосов:5) рейтинг: 80 из 100
    Произведения по теме:
  • Кошечка
  • Грустная история со счастливым концом. Виталий Шевченко
  • Капричос Франсиско Гойи
  • О жизни прошедшей, настоящей и будущей. Виталий Шевченко.
  • Любовь к немецкому
  • Дело об измене, шитое белыми нитками. Как военврач пострадала за любовь к стихам Гёте. Виталий Шевченко.
  • Не приведи Господь!
  • Рассказ о боевых действиях в городе, битве за каждый дом, расстрел женщин и детей. Этот рассказ нашёл в своих старых рукописях. К сожалению, оказался пророческим. Виталий Шевченко.
  • Киллер
  • Рассказ о киллере 20-х годов, о расправе со своими и методах подставы. Возможность остановиться и задуматься, туда ли ведут такие методы. Виталий Шевченко.

  • Пугачев Евгений Валентинович Автор offline 26-09-2015
Да, Виталий Иванович, коль у человека есть душа... "Як є, то є. Нема - то нікотрої". Мне рассказ понравился. Всего доброго.
  • Виталий Шевченко Автор offline 27-09-2015
Дякую ВАМ, Євгене Валентиновичу, за відгук. Цей Хома жив у нашому будинку на Осіпенківському, бачив я і цих дівчаток грузинок. А позаяк я служив із хлопцями грузинами у армії, то знав кілька речень по грузинські. І якось їм сказав, щось таке: - Гамарджос, ме шені мамцомс, калішвілі! Боже, що тут піднялося. Я сам не чекав. З розмови виявилося, що вони жили на тій же вулиці, що і мій товариш в арміїї Реміко Долідзе - Тбілісі, Дигомі, Вашліджварі, 19.Розповіли, що Реміко загинув в автомобільній катастрофі у той рік, що і мій молодший брат в Одесі.Широкий світ, виявляється, дуже тісний. Спасибі Вам, ще раз!
  • Геннадий Любашевский Автор offline 27-09-2015
И мне рассказ очень понравился. Как и практически все рассказы Виталия Ивановича, он взят из жизни. И тем ценно творчество автора - оно основано на реальной действительности.
Новых Вам творческих удач!
С уважением.
А пятая звёздочка не зажглась...
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Таинственная квартира