«Если ты со мной разлучён...»

Можно говорить всё что угодно насчёт того, что настоящая лирика – это экспрессия и зависит только от силы чувства, мол, техника стиха здесь не при чём, но разве не интересно понять сам принцип рождения лирики такого накала? Ведь что-то же способствует получаемому нами впечатлению, есть же в этом какая-то доля «вины» от срабатывающих поэтических законов? В данном произведении явно идёт приём нагнетания, последовательная цепочка средств, каждое из которых используется для усиления предыдущего и последующего. Начинается со сравнений одушевлённого с неодушевлённым, а это, как и сочетание архаизмов с неологизмами, усиливает впечатление по принципу контраста. «Небо с аистом», «сон, как бумажку с адресом». Первое сравнение – пространство, которому принадлежит и куда впадает птица, сравнивается с самой этой птицей. Второе – самое неизученное и загадочное состояние живого организма сравнивается с путеводной записью на бумажке. По снам действительно можно блуждать, попадая то в неведомые места, то в уже много раз встречавшиеся в предыдущих снах, которые неоднократно повторялись. В промежутке между двумя сравнениями – усиливаюющий экспрессию повтор «теряю, теряю сон». В следующей строке – внутренняя рифма «ни мечом, ни лучом», которая вместе с определяющими эпитетами «нервным, лазерным» отрезает возникшее как раз перед ним дополнение «нашу связь» от непосредственно относящегося к нему глагола «не расторгнуть», сдвигает глагол со второй на третью строчку, разлучает два крепко спаянных слова из единого словосочетания. И разве это не является техническим способом передачи разлуки с любимым, о чём пойдёт речь сразу после глагола? «Не расторгнуть, но ты разлучён». И опять, без перерыва, новый приём из цепочки выразительных средств. На этот раз двойное сравнение, основанное на метонимии: «словно небо с алмазами». «Словно небо» – это уже сравнение, но ведь далее идёт не просто то, с чем сравнивается пространство, но образ, уже переосмысленный в результате промежуточного сравнения «в уме» (как говорится при сложении), на этот раз звёзд и драгоценных камней. Последнее сравнение не является чем-то неожиданным, здесь интересно другое – уложить в три слова два сравнения, при этом второе не простое, а метонимическое, т. е. уже перенесённое с чего-то. Это что, тоже можно назвать «достаточно написать с душой»? «С душой» пишутся и миллиарды благоглупостей, не становясь от этого поэтическим открытием.

А вы обратили внимание, что идёт перекличка сравнений? И птица, и алмазы звёзд в равной мере принадлежат пространству-небу. И в этом месте, на поворотном пункте перехода ко второй части стихотворения, сразу после того, как «выдохнуто» страшное слово «разлучён», вдруг меняется ритм! Это тоже «так написалось»? Да даже если «написалось», разве, поняв, как это срабатывает, нельзя применить данный принцип в другом контексте, в произведении на другую тему, но тоже основанном на экспрессии? А и ритм-то не просто так меняется, а сразу в сочетании с очередным приёмом – анафорой (единоначатием) «с губами сухими... с губами горчаще-рябиновыми», причём и здесь, как в стихотворении «Верхушки лип...» этого же автора, эпитет подбирается вкусовой. И – опять-таки сразу после этого – идёт очень оригинальная, совершенно неожиданная метонимия «на каком суахили». Суахили – один из малоизвестных языков. Понятие «язык» переносится на слово, входящее в это понятие как одна незначительная составная часть, т. е. от целого – на частность. «Августейшие дни» – совершенно неожиданный эпитет для отражения былого, ушедшего чувства счастья. И завершается произведение амебйной композицией вопрос-ответ: «На каком суахили крикнешь? – На одном из китайских наречий отвечу». Почему «китайских»? Потому же, почему и «суахили», – то, что нам малознакомо. Для передачи таинственного умения любящих людей общаться без помощи слов и прекрасно понимать друг друга – наблюдатели могут это и не заметить, не услышать, не понять, а любящим достаточно малейшего знака. Глазами. Прикосновением.

Разобрали на элементы, а стихотворение как было, так и осталось мастерским. Настоящая удача. Ударная работа. А кое-где таки гениальная.