Ножницы

Вот вещь в себе. Обычнейший предмет.
Два перекрестья. Два конца. Два жала.
Два всплеска и стяжения металла
на острие. Мир собран и воздет.

Как крест, из перекладин и гвоздя.
Мир небольшой – проекция Распятья.
Буквально: Каин – Авель, в общем, братья.
И острие – в спине. Не находя

иной любви и совпаденья душ,
как это лезвие, холодное, стальное,
невольно поглощённое спиною
и тяжестью придавлено к тому ж

столь прочно, подло, пыточно, – пока
они остались слеплены, едины,
друг другу, как судьба, неотвратимы,
друг другу, как враги, необходимы
и связаны природой языка.

Как два народа родственных. Как два
весла. Как две руки скрещённых.
Конечно, если мыслить упрощённо,
до сути лишь дотронувшись едва,

мир этот – ножницы. Но если вглубь и вширь,
то важно в них не то, что резать могут,
а символ их: от бытия – до Бога,
от мести – до срастания души.

Вот так и русичи. Грызутся неспроста,
поскольку расхождения – невольно
лишь продолженье тождества их в корне.
Две перекладины Священного Креста.

Стих ножницы, 2006 г.

Ножницы