Кавказ

В далёкой Грузии, в Батуми
прожить и на лопатки лечь,
питать любовь к литературе,
к стихам, не говоря про речь

грузинскую... Куда я денусь
от участи лежать в земле?!
Дай умереть, чтобы воскреснуть,
Господь, хоть в пепле,
хоть в золе...

В сей день, я, как в исповедальне,
без повода тебя томлю.
Ты предостаточно лет дал мне,
Господь! И я тебя люблю!

Так дай исполниться кончине
в горах Кавказа! Если рай
и есть, то только на вершине
горы. Марай и не марай

бумагу, я не вижу смысла
в том, что в Чечне идёт война,
как в солнце, что сейчас садится,
чтобы взамен взошла луна.

Всё повторяется, как прежде.
Уйдёт на ночь огонь свечи.
Как я хочу грузинской речи
и мира на земле нохчи!

Кто мне картвели? Кто мне нохчи?
И кто для них я? Брат и брат
что скажут брату? Днём и ночью
напрасно мучаю тетрадь

с пером. И зря рисую знаки
и буквы. Дело не в словах.
Пусть будет милостив, вайнахи,
и благосклонен к вам Аллах

всегда! Свеча и ночь иссякли.
Мои часы пробили пять,
Господь. Я обожатель картли
и Грузии, но нужно спать.

В далёком Грозном, иль в Кварели,
где обо мне не знают, но
два брата — нохчи и картвели,
пьют за меня вдвоём вино.