Венеция

Венеция венецианкой

Бросалась с набережных вплавь.

Б. Пастернак

О, эти сны в полтона – воче-мецца*.

Перебирая их на струнах мандолин,

Я проплыву, обняв тебя, Венеция,

Сверхсюрреальную, как сон Дали.

Из снов, вся из фантомной боли,

Колготки ночи окунув в канал,

Бредёт по струям, как рядками в поле,

В бреду ночном мечтою доконав.

Приправа яви, оживлённость специй –

Сны нег над разметавшейся вдовой.

Как дух творца, парящий над водой,

Я созидал свою Венецию.

И в опрокинутом, сквозящем мире

Из бликов, и огней, и жгучих брызг

Венеция плыла в моей квартире,

Где я  шатался с гондольером вдрызг.

Венеция, ты сон мой зыбкий, зябкий.

О, если б только я наверно знал,

Что строки мерно зачерпнут, как сапки,

Травою волн заросший твой канал.

Где сон, где явь, и что тут отраженье,

И где он – мир наш истинно живой?

Венеция, сочась сквозь строчек жмени,

Мерещилась в воде вниз головой.

Сон проплывал, и таял, и кончался,

Среди копыт у статуи литой.

Фонарь, мостясь под мостиком, качался

Деля сон с явью – рябью запятой.

И сыро, и светло, и жарко. Жалко.

Прощаясь, что-то гондольер кричал...

Венеция заплаканной русалкой,

Цеплялась, расставаясь, за причал.

*воче-мецца – (итал. messa-voce)

вполголоса.