Сентябрьские разности

Пусть растёт

Говорить о желаниях нужно губы сомкнув –
счастье очень боится шума и вспышек света, 
я тихонько срываю мятный листочек этот 
и в ладони поспешно сомну.

Не забудь, что желание нужно баюкать в ночи, 
сказки тихо шептать, по макушке гладить, 
ничего, что оно таращится сонно, молчит, 
но ладонь твою держит ручонкой сладкой. 

Пальцы, липкие от леденца любви, 
пахнут счастьем будущим, настоящим. 
Ты ему о любви своей говори, 
о звезде парящей.

И понимаешь – не надо губы сомкнув,
только молчишь бестолково, косноязычно,
рыбью мычишь колыбельную, чтоб уснул.
 А желания Богу, лично.

Недозревшее

Ты дозреваешь до своей любви,
качая куклу, 
а потом читая
слова, 
что галькой плоской на мели,
отточены, 
но как сложить не знаешь.
И выбираешь, 
гладя каждый бок,
и удивляясь нежному шуршанью.
Полировала их сама любовь,
волнами набегая на сознанье.
И дозреваешь, 
чтобы стать собой,
и бережёшь слова, 
чтоб не поранить.

*

Растерянное "шлёп", – ещё, ещё, ещё,
по листьям и окну вновь благодать течёт,
невидимый дождишка в гости забежал.
И стала ночь свежа.

И замолчал на время вымокший сверчок,
запрятал свой смычок, улёгся на бочок,
забылся лёгким сном, ресницы не дрожат,
и ночь молчит – так жаль...

*

Мы были там, а здесь почти что небыль,
застирана небес голубизна,
гардины сеть – привычный скучный ребус,
гам жизни из окна...

*

Вдруг мысль: за всё большое лето
зонта не доставала я.
И даже не грущу об этом –
все грозы мимо. 
Бередят
лишь пыль оконную и шторы,
деревьев кроны и цветы.
Мой зонт закрыт. Умело свёрнут.
Он светлый и без черноты.

И жизнь свернулась незаметно.
Летучей мышью дремлет день,
считает лишь минут монетки.
Под крышей дома тишь да тень.

*

Я на лавочке сижу
и на ноги не гляжу.
Что на них смотреть, когда
не доносят никуда?
a
Спрячу ноги быстро в брюки,
стану я смотреть на руки –
всё умеют – хоть куда,
только в пятнах – вот беда.

Не играть, как прежде, в мячик.
Седину уже не прячу.
Грусть о том, что жизни вечер
ничего уже не лечит.

Дома это запишу
 И дышу, дышу, дышу!

О червоточинах

Когда созреешь – упадёшь,
и станешь ждать, что для кого-то.
А чаще будни, и работа,
и птичий за окном галдёж.

И ждёшь неведомо чего...
Сгодишься может для варенья,
а может для стихотворенья -
(ого!)

И радуешься червячку,
который чавкает, смакуя,
а жизнь наряд перелицует,
изменит вкус.

Медоточивый аромат,
морщинки на щеке румяной
и червоточин первых раны.
 Вот райский сад...