Зонт и форпост

Снова в волосах играет ветер:

капюшон накинуть недосуг.

Сквер под фонарями будто светел,

будто тих, но вырвался из рук

старый зонт. Он был на всякий случай

взят: а вдруг сойдёт дождём

не туман – кусок холодной тучи?

Кто с зонтом – всегда предупреждён.

Только взрывы без предупреждений,

только смерть аллеями бредёт,

даты смерти, как и дни рождений,

под косу охапками гребёт.

Зимний ветер дует своенравно:

всё ему резвиться да шалить,

а прилёт – от Кальмиуса справа –

словно смерти тоненькая нить.

В волосах запуталась дождинка,

ей бы покатиться по виску…

И, оставшись в центре поединка,

я до ливня простоять рискну.

Ливень здесь свинцовый и горячий,

то косой, а то наоборот,

и волос под капюшон не спрячешь.

Я не цель, я – выстроенный дзот.

Я – форпост, мой зонт кровит и стонет,

дождь смывает этот кровоток.

Если выражаться попристойней,

к бесам капюшон! Где мой платок?

Только не платок, а плат Покрова,

словно Богородицы рука,

прикоснулась к ране – я здорова,

и жива Донецкая река.

...Я упрямо до утра стояла,

прижимая зонт к своей груди,

и под звёздным мёрзла одеялом,

вглядываясь, что там, впереди.

А к утру, рассеяв все туманы,

Кальмиус вздохнул и онемел:

зонт, как пёс, зализывал мне раны

и тихонько от тоски ржавел…

Прилёт стихи, форпост стих.