(эссе о Бабурке, одном из районов Запорожья)
Слово это – ежедневно на устах доброй половины современных запорожцев: кто-то живёт там, кто-то в гости или по делу туда едет, а кто просто в разговоре вспоминает. Казённое название – Хортицкий жилмассив – пользуется гораздо меньшей популярностью. Сказано: Бабурка! И всё ясно.
Видимо, сильна духовная и генетическая связь наша с тем славным казацким народом, обитавшем здесь несколько столетий назад. Поэтому и приемлет душа это сочное, казацкое – Бабурка!
В отрочество моё, пришедшееся на начало шестидесятых и прошедшее в провинциальной безмятежности Правого берега, пределом мечтаний каждого пацана был велосипед. Ясно, что мечта эта сбывалась не у каждого, но всё же, собравшись ватагой, впятером-вшестером на трёх велосипедах (один – на седле, другой – сзади, на багажнике) мы частенько, особенно летом, совершали велопробеги туда, где ныне высятся над Днепром бело-серые параллепипеды многоэтажек Хортицкого района.
А тогда – слева и справа зеленели колхозные поля, а то и вовсе нераспаханные степи. Но самое главное для нас – фруктовые деревья, росшие вдоль пустынной трассы. Мы бросали «велики» и лакомились огромной, но такой маркой шелковицей, жёлто-прозрачной сочной черешней, румяными абрикосами... Если задерживались, чтобы не ругали дома, наполняли щедрыми плодами бумажные кульки – «мамке на компот».
Иногда, минуя железнодорожный переезд, спускались в балку. На въезде в расположенное там село стоял дорожный указатель «с. Бабурка». Почему Бабурка? Что за название?
Уже позже, читая Якова Новицкого, других историков и этнографов, узнал, что...
Балка эта и село названы в честь знатного запорожского казака Ивана Бабуры. Жил он здесь во второй половине XVIII века, имел хороший дом, большое хозяйство, сад. Как вспоминают очевидцы, Бабура носил казацкие усы и непременный «оселедец».
Тот малюсенький ручеёк в самой глубине балки, который ныне лишь ненадолго воскрешают талые воды, был неширокой, но глубокой речкой – Средней Хортицей, впадающей в Днепр. В обилие водилась в Средней Хортице рыба, в норах под берегом сидели здоровенные раки, а склоны Бабурской балки представляли собой отличное место для охоты: зверья и птицы было полным-полно.
Чуть ниже по речке находилась то ли небольшая усадьба, то ли дача князя и фельдмаршала Григория Потёмкина. Бабура, похоже, присматривал за ней.
Ещё ниже, в самом устье Средней Хортицы, располагалась русская слободка, жители которой занимались рыбной ловлей, а некоторые зарабатывали на хлеб тяжким бурлацким трудом.
Немало казаков, получив от Екатерины после упразднения Запорожской Сечи земли, осели в окрестностях балки Бабурки: под Лысой Горой и Крутым Яром, в балке Беленькой и на Великом Лугу (сейчас богатейшие земли легендарного Великого Луга лежат на дне бессмысленного Каховского «моря»).
В девяностые годы XVIII века стали прибывать на наши земли колонисты. В основном это были немцы-меннониты – представители протестантской секты, ведущей довольно замкнутый образ жизни. Гостеприимный Иван Бабура нанёс визит вежливости немецкому представителю Гепнеру, подарил ему по паре гусей, уток и кур – на развод.
Меннониты обустраивались, расширяли свои колонии, а казаки стали... переселяться в другие места. Именно запорожцы основали знаменитую слободку Вознесенку (последние вознесенские хатынки были снесены лет 25-30 назад в районе дворца спорта «Юность»), некоторые перебрались в «крепость», то есть – в Александровск (будущий город Запорожье).
На месте русской слободки (куда мигрировали жители, неизвестно) была основана меннонитская колония Бурвальд.
Да и сам Иван Бабура, по приезде немцев, оставался в наших краях недолго: продал лошадей, нажитой скарб и подался, как вспоминают, в «Черноморию». Так называли казаки Кубань.
Вместе с Бабурой снялось с насиженных мест немало запорожцев, обитавших на просторах Великого Луга. А на склонах днепровских близ балки Бабурки осталось много брошенных казацких усадеб с хорошими садами, откуда меннониты брали молодые деревца для посадки.
...Мы, пацаны шестидесятых, конечно, ничего этого не знали. Но частенько летними рассветами друг Витька Советов орал под моим балконом:
– Павло! Погнали на Бабурку!..
Я понимаю, нас, не избалованных деликатесами, прельщала сладкая бабурская черешня. Но не было ли в этом и какого-то подсознательного стремления приобщиться к запорожской старине? К истокам. Было, конечно, было... Ведь как волновало пытливый мальчишеский ум это дивное слово – Бабурка!
Читать стихи о Бабурке
