Когда-нибудь

На склоне лет, над летним парком
зависну тучей грозовой.
Потом польюсь над стольным градом
случайным ливнем, крупным градом,
и тот, кто знал меня живой,

не сможет уловить в стихии
мои признания глухие
и праведный услышать гнев,
Останется одна отрада –
ледышками по три карата
по окнам бить, осатанев.

С утра солгут в столичных сводках,
что нужно уплывать на лодках,
что рушится небесный свод.
Но станет ярче куст жасмина,
и аромат прекрасный мимо
плывущих плавно поплывёт...

И сын, печалью окольцован,
любуясь облаком свинцовым
с изменчивым моим лицом,
прошепчет, глядя в небо прямо:
– Так может плакать только мама,
скучая за моим отцом.