***
темнели деревья. им так полагалось
в продрогшем от колкого ветра пространстве.
как стая огромных прирученных галок,
берущая корм после хлопотных странствий.
затем легкий снег обустроенный хаос
приправил щепоткой прирученной выси
и с этим – как минимум – быть полагалось
тому, кто рожден, уличен и зависим
от чистого снега, от серого древа,
от кровь наводнившего мелкого беса,
от запаха хвои, от божьего гнева,
от глаза дурного и мудрого леса,
от лестного часа, от честного слова,
от порчи небес, от прочищенной дали,
от мякоти горя, от прочной основы
для пролитых глаз и Господней печали.
по кроткому взгляду, по избранной доле,
по бранной судьбине, по судному часу,
по малым и сирым в пустующем доме,
испившим сиротства граненую чашу,
по первым последним, по изгнанным крайним,
стоящим в передней у врат преисподней,
по вечной, как слово в немотной гортани,
страдающей верой печали Господней.
***
уже деревья строгие, как смерть.
уже опасно оставаться подле.
уже их профиль высох, будто смерд
на панском поле.
уже и тополь, и залетный клен
не те, какими созданы издревле,
но как бы лишены своих имен,
уже их имя – строгие деревья.
уже их ветви стаями морщин,
как будто лица, заселяют скверы,
уже в повадках что-то от мужчин,
берущих и от скверны, и от веры.
уже мы смотрим в них, как в зеркала,
не любопытства ради, но, скорее,
из страха – как там веточка легла,
бесчинствует, господствует, стареет.
***
только и счастья, что свежего снега,
серого древа в белесом налете.
если угодно – из области неги
той, что так дорого ценят в народе.
виснут копилками сонные совы,
как их задумал нездешний Ваятель,
если угодно высокого слова,
к горлу подступит комок благодати.
в том-то и счастье, что нету подмены
снегам кормящим, как некая манна,
если угодно устойчивой меры:
малым держаться – тоже немало.
выбрать ли утро по строчке подробно,
белку вспугнуть ли с белесых акаций,
дерева взглядом касаться удобно,
сердцу угодно открытым казаться,
чтоб прикасаться, чтоб прикоснулось
низкое небо всей плотью и дробно
каждой крупинкою, как оказалось,
от сопричастности сердцу удобно.
в области неги печалью дразниться
серому древу с залетною тенью.
свежее счастье на резких ресницах
длится чуть дольше, чем должно мгновенью.
***
с кем будешь в этом январе
на продуваемом безлюдье,
где тополь прячется в коре,
как зачехленное орудье,
где воронье – есть пепел груш
на обесснеженных и бедных
ветвях вокзальных или груз,
доставленный из чрева бездны,
где превращают в пух и прах
тугую плоть второго тома,
где снег сутулится в полях,
как тот, кто отлучен от дома,
где не разместится в крови,
продымленной от произвола,
чужой и грешный дар любви
и дар напрасный слова.
Подборка стихотворений по теме Кроткие мотивы - Философско-религиозная лирика. Краткое описание и ключевые слова для стихотворения Кроткие мотивы из рубрики Философско-религиозная лирика : Стихи о Господней печали. Люди, деревья и небо в тесном единстве пред временем крови и разора и пред Господней печалью.
Проголосуйте за стихотворение: Кроткие мотивы
Стихотворения из раздела Философско-религиозная лирика:
Стих ящик, чёрный ящик стихи. Ящик просто, да. Обычный, даже если чёрный. Возьми мой мир, используй мой секрет, храни во мне всё, что душе угодно: много страшных тайн и глупых мелочей. Я ваш и свой.
