Похвала гвоздям

Шорник шьёт сбрую. Тесто пестует тестомес.
В давильню винодел отправляет грозди.
Дровосек на ослике – за дровами в лес.
А мы выковываем гвозди.

Задышали меха, огнь лижет металл.
Он побагровел. А затем побелел, словно от гнева.
Удар, удар и искры металл заметал.
А затем, поостыв, стал цвета закатного неба.

Веско выцвякивают молотки,
Довершают начатое звонкоголосые молоточки.
Ах! Какие славные получаются гвоздки.
Кованые чудо-гвоздочки.

А следом – в масло. Бульк – и пошли ко дну.
Масло вскипает, и гвозди чернеют, остывши сразу,
Двенадцать гвоздей – один к одному.
Калёные гвозди – как по заказу.

Двенадцать сребреников – надобно пересчитать.
Всё в этой жизни требует пересчёта…
А куда остроклювые гвозди будут вбивать –
Наша ли это забота?

Есть, кому думать о том и о сём.
Есть, кому соразмерить силу удара.
А мы с молотобойцами винца хлебнём
В славном подвальчике у базара.

А там выпивоха расскажет, что на Лысой горе
Двое распинаемых, когда прибивали их, сильно кричали.
А один - молчмя терпел. И на такой-то жаре!
Так что, гвоздочки наши к месту, и не подкачали.

Если кого распять – пожалуйте в кузню у Навозных ворот,
При дороге в Огненную Геену…
Рукомесло наше ценят и прокуратор, да и народ.
Потому, что гвозди не подвластны ни рже, ни тлену!