Краше руки в перчатках, только варежки всё же теплей – прятать пальцы сырых декабрей. Из тумана – ветвей неопрятность.
Может лучше зиме не начаться, только нет среди веток листвы, седина, как блестящий ковыль, солнце в пятнах.
Не спешить распечатать весь в помарках листок-черновик, спрятан в облаке солнечный блик, сплетни в чате.
Наослiп
А сьогодні без спогадів день. Заблукаєш в примарах будівель, тануть башти, антени покрівель, тільки цятки очей де-не-де.
Світять вікна, бо в цім молоці навіть крила – наосліп у безвість, і думки поховались, мов гедзі, і мовчать про життя горобці.
День розхристаний, темний, мов грак, дзьоба щось між померлого листя. Скільки ж треба натхнення і хисту, щоби мороку не потурав.
Витягаєш із шафи глибин зашкарублу китайську ялинку, кульки-іграшки, вогник невпинний для освітлення взимку доби.
І біжать за вервечкою мрій, між турбот у буденності сивій щем любові, подавшись у вирій, різнобарвність чуття та подій.
Шасть...
Время считать перелётных гусей, и ожиревших, отвергнувших смелость, тех, что гогочущую оседлость, город и клуши банальный насест вдруг предпочли. /Разве ценишь, имея?/
Вот и беседуют тихо с утра то с голубями, а то с воробьями: где там Париж, а, возможно, Рейкьявик? Тихих пристанищ молчит тарарам.
Вот и ведут неизменный дозор за тараканьим разнузданным стадом, то не охота за ним из засады, просто контроль, чтобы жизни упадок, не беспокоил немыслимый вздор, или же бред, тот, который не лучше. Бредни оставим плести паукам, жизненный тонус ленив, но упрям: неординарно-обыденный случай.
И обметаешь, и чистишь углы от застарелого хлама и спама, и протираешь ослепшие рамы, чтобы в мечтания проще уплыть.
Вот и выходишь гусей выпасать, и тараканов проветрить немного, вот и шагаешь со всеми не в ногу, не беспокоит ни внешность, ни стать. И забываешь про путь и дорогу.
*
Сколько прошло – промолчу, буднюю серость листая, кормишь летучую стаю, чистишь дорогу ручью.
Пусть утечёт за водой незавершённость мечтаний, больше во сне не летаешь, но всё лелеешь любовь.
Тихое счастье своё прячешь средь улиц-аллеек. Медлишь закат... но алеет. ...жизни пирог так слоён.
*
А шум всё тише, хоть и праздник скоро. Царапнуло: ещё один годок... Ещё февраль – засилье холодов. А дальше и тепло возьмёт измором.
Чирикаешь поблизости кустов, чтоб – шасть! – и безопасно, и спокойно. Вот пережить бы тяготы и войны, чтоб верить и надеяться без боли в любви росток.
А после можно к лучшему идти. И сад вокруг, и пруд, и свежий ветер. И пусть подольше длится тёплый вечер. И гомон птиц.
Из февральских ветреных
Что-то такое светлое в феврале: вязов лохмата русая голова. Ветру молчат покорное слово "нет!", может, у них другие любви слова?
В небе мелькают перья тугих перин или от ветра пенится высота. Можно молчать об этом и говорить, можно ветвями кланяться и летать.
На февралёво-птичьем – любовь – "чирик!" синий рассвет – синичья до неба звень, прячет любви репетицию двор внутри, ну а весной – премьера и счастья плен.
Можно писать чернильные сплошь стихи, или читать написанное с листа, Только не стоит плакать: светлее так синяя высота.
Заполнение пустот
Достаёшь черновики давних мыслей и ошибок, вот уже листки со сгибом и замяты уголки, вот кофейное пятно: чашки донышко – луною, бессердечны перебои в аритмичности одной.
Дорисуешь нос луне, глаз лукавый и задорный, строки вымараешь чёрным: грустно станет или нет. Несерьёзные слова. Так и нет на возраст скидок, прощены давно обиды, и никто не виноват.
*
Кот валяется на стуле... Если б так меня свернуть, то не надобно и пули, так умру.
За окном невнятной кучкой – голубь мокрый. Если б я, вымокнув так, посидела, может, плакала б семья.
Кружка на столе пустая, нужно б вымыть, только лень, вот февральская какая, слякотная дребедень!
*
С солнечного неба – снег слепой. Треугольник льдинки на стекле. Чайки возвращаются домой. Булка с маслом к чаю на столе.
У небес прогалинами синь. Облаков пушистый кашемир. Февралю до марта их носить кучами хламид.
Высыпаю зёрна за окно. Крыльев, клювов жадность, суета. Пусть распишут лапками панно. Зимний день. От снега чистота.
*
В мире не бывает пустоты, а ведро пустое – человечье, стадом в небе – облаков овечки, и без листьев средь зимы кусты.
Только парк не пуст – он птичий дом, вот следы вороньи, рядом – вещий дуб, и стонет нотой "до" голос ветра, вовсе не зловещий.
Если долго вглубь идти – дойдёшь до кустов калиновых и ягод. Кормят птиц во время зимних тягот. Ну а рядом ёлки юбка-клёш.
В парке только утром тишина, а потом здесь бабушки и дети, не бывает пустоты на свете. Только мысль о пустоте – одна.
*
Когда весна всё чаще снится, когда от солнца сна обвал, когда кружится голова, на ветке тенькает синица.
И просыпаешься от песен и гама шустрых воробьёв, а солнце всё щедрее льёт тепло и город расчудесен.
Подборка стихотворений по теме Из зимнего наугад - Современная поэзия. Краткое описание и ключевые слова для стихотворения Из зимнего наугад из рубрики Современная поэзия : Зимняя всячина.
Проголосуйте за стихотворение: Из зимнего наугад
Вірш оптимістичний. Живи сьогодні й зараз тут, бБо завтра може і не буть. Ціни хвилину і хлібину. Це тільки мить! Успіть! Але вже хочеться на піч, вВилежуватись день і ніч.
Стихи про предновогодние дни и декабрьскую серость жизни. К Новому году готовишь подарки, игрушки и вдруг повисаешь сам. Торчу у запотевших старых окон и ожидаю праздники, их шум. Новый год – такой
