Как один попугай всему голубиному роду помог

КАК ОДИН ПОПУГАЙ ВСЕМУ ГОЛУБИНОМУ РОДУ ПОМОГ, А ПЁС АЛЬКАСЬЯНС ЕМУ НЕ ВЕРИЛ

– Касяня! – громко заорал попугай Гоша, сидя на антресоли, и замолчал.

Алькасьянс, как подобает порядочному выдрессированному псу, обернулся на зов и готов был выполнить команду, да это пернатое чудо не объясняет, зачем позвало. Крикнет и молчит. А дальше что?.. И подобрала же этого пёстрого беспризорника с улицы Хозяйка  на благородную спаниэльскую голову...

Тогда милый с виду попугайчик на имя «Кеша» не откликнулся, но лишь Хозяйка крикнула: «Гоша», – так сразу прилетел к ней с ветки каштана и сел на руку. Наверное, свободой уже был сыт по горло... Домашний корм уплетал за обе щёки. Все просили его, чтобы что-то сказал, но он лишь настороженно помалкивал. А потом взялся орать «Касяня», подражая хозяевам. Вот глупая птица – не говорит ничего до конца, а начинает...

– Сам дурак! – вдруг заявил Гоша, нахохлившись.

– О! Заговорил – и сразу обзываться! – рассерженно зарычал на него хорошо воспитанный породистый пёс с документом о родословной.

– Касяня, надо дружить с новым членом нашей семьи! – пристыдила Хозяйка.

– Но как дружить с пернатым наглецом?! – обижено гавкнул, глядя на грубияна.

Тот же, с гордостью расправляя своё красивое зелёное крыло, щедро расцвеченное и другими красками, заявил демонстративно:

– Не с пернатым наглецом, а с импозантным попугаем! А ты коричневый, как чума.

– Чума? – недоумевал Алькасьянс. – Да у меня шерсть шёлковая, блестит так, что вся сияет! И не коричневая, а бежевая! Хозяйка всё время говорит, что я красивый пёс. А она всегда права!

– Да. Хозяйка у тебя ничего.

– Что значит «ничего»? Она у меня замечательная! – ещё больше возмутился Касяня.

– Моя прежняя хозяйка тоже была ничего, – продолжал Гоша, будто не расслышал претензию.

– Так что ж улетел от неё?                                                                               

– Я же не знал, что у свободы столько отрицательных сторон, а обратную дорогу запоминать надо. Потерялся. Теперь с порывами окрылённой души покончено. Буду домашней птицей по доброй воле.

– Доброволец! – засмеялся Касяня, присев для длительной беседы. – Научись вести себя прилично, а то от тебя одни неприятности. И никакого толку!

– От меня?! – вскричал попугай и угрожающе замахал крыльями.

– Я охраняю дом и хозяев, – не испугался пёс. – А какой от тебя прок?

– А я, а я...

Но так и не нашёл, чем себя оправдать. Крикнул с обидой:

– Не хочу с тобой разговаривать!

– Потому что сказать нечего. Никому от тебя нет никакой пользы.

– Я хозяевам нравлюсь, от этого у них поднимается настроение. Я радую душу! – нашёлся пернатый и многозначительно поднял крыло, вытянув самое длинное пёрышко, как люди – указательный палец.

– А я спрашиваю о конкретной пользе! – не унимался пёс.

Гоша рассерженно сделал быстрый круг под потолком и присел на открытую форточку. Предвечерняя прохлада вообще-то жаркого лета остудила его пыл, и он задумался: «А действительно, почему бы не принести кому-то конкретную пользу? Тогда уж точно можно будет гордиться собой. Но кому и как?»

В это время по крыше многоэтажного дома (Гоша не сумел сосчитать этажи), озабоченно воркуя, ходили два голубя, заложив крылья точно так, как люди руки за спину.

– В чём проблема, друзья? – бесцеремонно влез в чужой разговор Гоша, выкрикивая из окна.

– Кто это? – поинтересовался голубь, которого звали уважительно по батюшке – Сизович.

– Гость заморский, – ответил второй голубь (не менее уважаемый) по имени – Воркун, разглядывая незнакомого попугая.

– Не вовремя, – вздохнул первый голубь.

Гоше выражение  «гость заморский» очень понравилось. Тут его и понесло:

– Я – посол южного государства. Прибыл к вам с дипломатическим поручением!

Сизович пригорюнился, тихо размышляя:

– Что мы гостю показывать станем? И принять его негде... Без родимого крова плохо.

Задавака-попугай объявил заносчиво:

– Крылышки мне разукрашивал лучший кутюрье – Дольше-по-барабану... Моё имя – Карл ХI, рождён от Людовика ХV, отпрыск самого старинного рода. Моего пра-пра-прадеда учила говорить сама Ева – прародительница рода человеческого... Но и вы, вижу, птицы важные.

Голуби, взволновано воркуя, затоптались на месте, закрутили головами. А как же – такая высокопоставленная птица прибыла, что дух захватывает!      

– Рады! Очень рады! – вернулся дар речи к Воркуну. – Надеюсь, с попутным ветром Вам повезло.

– О да! Я даже совершил турне вокруг света, пользуясь приглашением президента вашей страны, – высокомерно лгал попугай. – И Лета.

– А Лето разговаривает? Вы с ним лично знакомы? – удивились голуби.

– Конечно. Оно же птица! Я с ним на короткой лапе... Оттого, что оно посылает на землю тепло и зной, его ещё называют «жар-птица».

Касяня в это время оторопел от неприкрытой наглости Гоши и подумал про себя: «Спутал птицу счастья с летом и наврал с три короба!» Но быстро пришёл в себя и решил прояснить ситуацию, прогавкав в окно:

– Бр-р-р. Врёт он всё!

– Вру? Вру?! – негодовал якобы «посол». – Всё – чистая правда!

Собак голуби боялись, поэтому отнеслись к Касяне настороженно. А попугай хоть и заморская птица, а всё же к одному семейству принадлежат – пернатых. Зашептались голуби между собой, решая, говорить гостю правду или не надо. Но любопытный Гоша обратился к ним сам:

– А вы кто? Чем занимаетесь?

– Статисты, – горько вздохнул Сизович.

Гоша выпорхнул из форточки, чтобы присоединиться к голубям на крыше.

– Статисты? – переспросил он, не понимая, что же это значит.

– Да. Летаем, подсчитываем.

– А что считаете?

– Сколько на месте голубятней построено гигантских человешников.

– И что получается?

– Ничего утешительного, – глубоко вздохнул Сизович. – Голубиному роду в городах жить негде.

С попугая вмиг сошла искусственная напыщенность, как весной лёд с реки. Но в эту минуту его позвал новый друг Вовка, сын хозяйки:

– Гоша! Гоша, хороший, лети ко мне!

– А как же Карл? – изумлённо пробормотал Воркун, разочаровываясь.

– Я у них живу всего один день. Они думают, что меня зовут Гоша. Ничего страшного! Главное, что я помогу вашему горю. Прилетайте в понедельник. Проблема будет решена!

– Как? И почему именно в понедельник? – с недоверием спрашивали голуби, заподозрив попугая во лжи.

– Потому что в субботу и воскресенье Вовке не надо идти в школу на практику. А Вовка – мой друг, значит, друг птиц.

– Ну и что?

– Прилетайте и увидите! – крикнул Гоша, улетая на Вовкино плечо.

– Авантюрист! – с подозрением фыркнул вслед Сизович, так, чтобы попугай не расслышал.

– Афера, – буркнул недоверчивый Воркун.

– Но прилететь можно, – рассуждали благоразумно.

– На всякий случай, - поддержал Сизовича Воркун.

Голуби улетели, а Вовка рассыпался комплиментами пред противным попугаем (как считал Касяня). Вовка Гошу обожал. 

Когда он вместе с попугаем вошёл в квартиру, пёс сразу же своей миловидной мордашкой уткнулся в колено мальчика, пытаясь открыть ему истинное лицо Гоши, изо всех сил желая сказать на человеческом языке: «Эх, знал бы ты, какого враля хвалишь!»

Вовка нежно погладил Алькасьянса, приговаривая:

– Не ревнуй! Я тебя тоже люблю.

– Взрослый пёс, а ведёшь себя, как щенок, – насмехался попугай. – Гладьте его... А я никому не даю себя трогать. Я – вольная птица!

– Лгунишка ты! Зачем наврал голубям? Чем ты им поможешь?

– Увидишь. Ничего я не врал! – бахвалился Гоша.

– Ничего? И про Еву и Людовиков?..

– Ну, немножко пофантазировал, а проблему – решу!

Алькасьянсу больше не хотелось спорить с невыносимым вруном, вот и ушёл в другую комнату. Вскоре он занялся привычным для себя делом – озабоченно почёсывал лапой за ухом, предаваясь новой идее. По своей природе Касяня был особью с рационализаторской жилкой. Выдумщик? Ну и что? Разве это плохо?..

Сейчас задумчивый пёс в почтенном возрасте размышлял: «Когда у хозяина голова трещит от идей, хозяйка его голову полотенцем обвязывает, чтобы голова не лопнула. А тут хоть бы верёвку для своей кубышки найти... Вдруг в этот раз большая идея в голову придёт?.. Всю ночь ворочался на своём ложе, даже скулил во сне, разволновавшись после разговоров хозяев насчёт охоты (не любят её). А как решить проблему охоты на зверюшек? Кто об этом будет думать?.. Ещё и по телевизору видел, как охотники ненавидят заповедники. Почему же они не любят симпатичных безвинных зверей?..» 

И представил себя Касяня охотником, дабы  лучше понять этих людей. Вот идёт он на задних лапах по лесу. За спиной – ружьё наперевес, обут в резиновые сапоги. Ходит час, ходит два, уже и третий час заканчивается, а зверей всё нет и нет. Начинает нервничать, появляется неприязнь к лесным обитателям, даже невольно рыкнул. И вдруг неподалёку возникает зайчик: ушастенький, пушистенький и очень шустрый. Вон как быстро пустился наутёк!.. Как побежит за ним...

«Стоп! – остановил себя Алькасьянс. – Я же сейчас охотник, а не собака. Охотники не гоняются за добычей, стреляют в неё. А почему? Любовь была вначале, затем –  разозлились. Значит, надо всех зверей сделать ручными, постоянно заботясь о братьях меньших. Тогда они перестанут убегать, а люди больше не станут злиться на них. Но как же хозяину всё объяснить?.. Идея! Телепатия выручит. Надо внушить вечером мысленно!»

Но только Касяня приступил к пробе телепатии на Вовке, за дверью раздалось пронзительное мяуканье. Пёс решительно вскочил и сердито залаял, давая понять наглецу – здесь частные владения! Хозяйка же запричитала сочувственно:

– Кто же мяукает столь жалобно? Кто же там такой маленький?

Открыла дверь и увидела чёрного котёнка с белыми пятнышками.

– Касюня, нельзя! Гости! – приказала любить и жаловать.

Алькасьянс важно отошёл в сторону и занял наблюдательную позицию, усевшись напротив. А гость через минуту наслаждался  угощением, то бишь свежим молочком. Покончив с любимой пищей, направился прямиком к Касяне. Тот возмущённо напряг шею и нервно завертел головой, будто спрашивая у  молодой хозяйки: и это должен стерпеть?.. 

Котёнок подошёл к вытянутой вперёд лапе симпатичного лохматого существа, желая ею поиграть. Строгий Алькасьянс недовольно повертел мордой. Хозяйка, наблюдая за ними, довольно улыбалась. Гость обошёл пса вокруг, осмелел – и давай играться хвостом!

– Тебя что – мама плохо воспитывает? – спросил Касяня на языке животных. – Я-то не обижу мальца, но кошкам к собакам приближаться нельзя!

Касяня фыркнул, и котёнок мигом отскочил в сторону, запищав испуганно:

– Ой, так ты собака?!

– Пёс! – гордое уточнение.

– А я, когда вырасту, стану котом! – с не меньшей гордостью заявил котёнок.

– Кот в нашем доме точно не нужен! – негодовал Гоша, прячась в своей клетке.

За дверью раздалось тревожное мяуканье. Хозяйка ещё раз открыла дверь. Кошка через порог пристально смотрела на своего несмышлёного сыночка, но в чужой дом входить не решалась.

– Мама, я резвился с огромным псом! – хвастал котёнок, подбегая к кошке.

Она радостно лизнула его, но тут же мордочкой строго толкнула на лестничную клетку, чтобы скорей шёл домой.

– Только не рассказывай об этом сестричкам и братикам. Ты подашь им дурной пример! – ругала глупыша умная мама.

В это время по ступенькам поднималась соседская взрослая кошка. Котёнок торжествовал, снова хвастая:

– А я не боюсь собак! С одной из них только что поиграл.

– Фу! – презрительно возмутилась белая чересчур пушистая  кошка, упрекая маму несмышлёныша. – Надо больше времени уделять правильному воспитанию.

Пристыженная мама слегка шлёпнула своё неразумное чадо по уху и пошла вперёд, указывая путь домой.

– За что? – не понимал котёнок, семеня за ней и неуклюже спускаясь по ступенькам.

Кошка лишь многозначительно обернулась, давая понять, что всё объяснит дома. Касяня в это время со вздохом вспомнил своё детство. Был забиякой, постоянно хотел кусаться, но теперь стал хорошо воспитанным псом, степенным и важным. Научился дружить с людьми и животными. Словом, есть чем гордиться. Можно достойно встретить старость и спать спокойно. Что и сделал – уснул вскоре после того, как хозяйка вкусно покормила и ласково погладила своего верного друга за примерное поведение.

* * *

Вечером Алькасьянс вышел на прогулку – без хозяев и намордника, так как во дворе его давно уже все любили и никто не боялся. Направился к пышной клумбе под окнами многоэтажки, к своей любимой герани, которая распустилась сегодня утром. Ба! Её треплет лапкой всё тот же невоспитанный котёнок! Касяня разволновался – этот бестолковый малыш сейчас сломает такую красоту!

– Мурчик! – заругала котёнка кошка, заметив его проказы. – Не тронь цветок! Он же такой красивый...

Котёнок оставил герань в покое. Касяня мысленно удивился: «Надо же, кошка, а тоже в прекрасном разбирается». 

Мурчик обрадовался появлению знакомого пса и похвастал родичам:

– Это мой большой друг!

– Правда? – не поверили котята.

Будто в доказательство, Мурчик вплотную подошёл к мирному Алькасьянсу и сел возле него. Кто-то из котят в страхе поёжился, кто-то обомлел. Но через минуту все медленно подтягивались к безопасному псу. 

«Вот ещё! – возмутился про себя Касяня. – Не хватало мне подружиться с кошачьим семейством. Все собаки засмеют». Мирный пёс недобро зарычал.

– Не приближайтесь к собакам, соблюдайте дистанцию! – скомандовала кошка-мама.

Котята спаслись бегством, то есть устремились спрятаться за грациозной спинкой родительницы. Касяня был доволен тем, что быстро проучил глупых мальцов, и важно улегся подле герани, вытянув передние лапы перед собой, а задние поджав. Хвост весело завилял, демонстрируя благодушие победителя. В это время мимо пробегало три дворняги. Алькасьянс напрягся, готовясь защищать свою территорию.

– Вот как дворняги держатся друг друга! – восхитилась кошка. – Не то, что вы: сидите по своим квартирам и никого не признаёте, кроме своих хозяев. Жизни не видели...

– Почему это не видели? Мы хорошо живём, – не согласился с ней Касяня.

– Конечно, с хорошими хозяевами жить хорошо, – продолжала разговор кошка. – Но я (в отличие от вас) гуляю не на поводке и вижу, как холодно и голодно дворнягам. У бездомных жизнь – не сахар. Приходится крепко дружить, чтобы противостоять обидчикам. А вы на них щетинитесь и лаете. Когда идёте с собачьей выставки в медалях, так вообще света белого не видите – так горды собой. До других вам дела нет.

– Гордимся, потому что заслужили высокую оценку! – растолковывал породистый Алькасьянс. – Разве я виноват в том, что являюсь псом благородных кровей, а они – дворняги?

– Но они тоже собаки! – не сдавалась кошка, но тут же тяжело вздохнула. – Правда, на кошек бросаются чаще, чем вы. Породистые псы, бывает, приблизятся к кошке, но пройдут мимо. Не задираются.

– Так, если вы не удираете, нам за вами не надо гнаться! – пояснил Касяня прописную истину, добавив с обидой. – А ещё, если кошка не убегает, значит, может царапнуть нос. А маленьких мы не обижаем, потому что воспитаны в лучших традициях.

– А я видела, как ты вчера проучил бульдога! – восхитилась кошка. – Ты смелый и сильный. Вот его воспитание подкачало...

– Молод ещё, – невольно завилял Касяня хвостом, ведь возгордился. – Со временем образумится.

– Хорошо бы, – мечтала кошка. – А то нарушает порядок в нашем дворе. Скоро мои детки сами будут гулять. Очень тревожусь по этому поводу.

Пёс посмотрел на заигравшихся возле матери котят, впервые испытывая к ним симпатию. До чего же с возрастом всё меняется! В детстве загонял всех кошек на деревья, а теперь понимает их... Чудеса! Тяжело вздохнул, удивляясь самому себе, и произнёс с напускной сердитостью:

– По возможности я присмотрю за ними и защищу.

– Вот спасибо! – обрадовалась кошка нежданному благодетелю. – Даже не знаю, как отблагодарить. Разве что кусочек «Вискаса» принесу.

– Фу! – не сдержался пёс. – Извини, но мне эта еда совсем не по вкусу. Не стоит благодарности.

– Ой, огромное спасибо!

– Ещё не за что, – из скромности буркнул пёс и пошёл гулять поближе к собакам, хотя они и маялись на поводках.

Заприметив свободно перемещающуюся подружку-болонку, Алькасьянс весьма ей обрадовался. Подбежал, вежливо поздоровался и осведомился:

– Как дела?

– Ноу проблэм! – ответила она, подражая своей хозяйке. – А у тебя?

– И у меня нет проблем. Хотя, одна есть – попугай залётный! Только поселился, но уже мою кровь пьет.

– Вампир?! – ужаснулась подружка.

– Ещё какой! Но не в прямом смысле.

– Хух, испугалась за тебя. Но если не в прямом смысле, то не так страшно.

– Страшно то, что я не знаю, как же избавиться от него. Укусить, конечно, могу.

– Фи, какая дикость! – перебила болонка Мэри.

– На это я не пойду. В том-то и сложность. Как решить проблему цивили... цивилизованно? – едва выговорил трудное слово.

– Надо подумать.

Касяне сразу стало легче, ведь вместе они обязательно что-нибудь придумают. Домой вернулся со спокойной душой.

* * *

В субботнее утро Вовка начал обзванивать друзей, предлагая им:

– А давайте у нас во дворе построим голубятню!

Касяня обрадовался. У голубей не будет проблемы с жильём, если и в других дворах люди последуют Вовкиному примеру! Через несколько часов работа шла полным ходом, ведь на просьбу детей откликнулись взрослые и помогли им. Касяня тоже пособил – подавал Вовке рейки, принося их в зубах. А Гоша почти всё время летал и приговаривал, как настоящий прораб: «Молодцы! Молодцы!» Делал вид, что он самый важный, а сам-то бездельничал...

Надо же, Вовке захотелось построить голубятню. Так вовремя! И вот уже свежевыкрашенный дом для голубей бросается всем в глаза и радует. Домой вернулись в приподнятом настроении, с чувством исполненного долга.

А в понедельник... В понедельник утром во двор прилетели голуби-статисты и ахнули. Сразу же направились к «заморскому» попугаю, дабы выразить ему свою благодарность. Сели на ветку дерева под окном и позвали «посла»:

– Карл одиннадцатый!

Гоша быстренько полетел к ним, без сожаления оставив своего зеркального друга в прихожей. И Касяня побежал в зал, испытывая дружеские чувства по отношению к голубям. Гоша опередил Алькасьянса, сел на форточку и закричал, ведь гордость распирала всё его пернатое существо:

– Я же говорил, что решу вашу проблему!

Вбежавший в зал Касяня от изумления упал на задние лапы и открыл рот. «Вот наглец этот попугаишка!» – думал остолбеневший пёс. Голуби сердечно благодарили благодетеля, а он беззастенчиво и с удовольствием принимал все похвалы в свой адрес. Касяня не выдержал и возмутился:

– Так это же Вовка с друзьями построил голубятню! Им я помогал. А ты совсем не причём. Ты даже лапой о лапу не ударил!

– Не причём?! – закричал попугай, негодующе топыря холку. – А с чего это Вовка вдруг решил голубятню построить? Не знаешь? Это я – Гоша Кошмаровский в пятницу вечером дал ему такую установку! Вот и захотелось мальчику с утра заняться полезным делом.

Касяня снова онемел. Счастливые голуби от всей души поблагодарили всех и улетели сзывать голубей в новый прекрасный дом. Алькасьянс некоторое время не знал, стоит ли после всего этого разговаривать с несносным Гошей. Но тот весело летал по комнатам, резвился со своими зеркальными друзьями. В общем, унывать и казниться угрызениями совести не собирался.

«Может, я не прав?» – в конце концов начал сомневаться Алькасьянс. Ему хотелось помириться с пернатым. Что делать? Решил поверить. С виноватым видом вошёл в спальню хозяйки, где пернатый увлечённо дрался со своим отражением в зеркале.

– Я тебе верю! – громко сказал Гоше, сидевшему на трюмо. – Извини. Давай будем друзьями!

– Друзьями?! – ушам своим не верил Гоша и чуть не упал от радости.

В это время Хозяйка позвала Касяню на кухню, дабы он позавтракал. До этого плотно позавтракавший Гоша увязался за ним, уверенно пересекая воздушное пространство и обгоняя пса в почтенном возрасте. Подлетев к миске с едой, принялся бойко клевать овсяную кашу. Касяня снова оторопел.  «Вот нахал!» – думал он. Хозяйка хохотала, а невозмутимый Гоша пояснял:

– Мы же теперь друзья! А я тебе своего проса дам. Или овса...

Озадаченный Касяня медленно почесал лапой за ухом и начал рассуждать спокойно: «Ну сколько съест маленькая птичка? Чуть-чуть. Что мне – жалко еды? Нет. Мы же друзья! И не страшно, что я не ем просо».

– Ну ладно, ешь спокойно, а я подожду, – без злобы сказал он пернатому другу.

– Я уже наелся! – сообщил тот радостно. – Теперь ты ешь, а я тебе пёрышки почищу.

– Какие пёрышки? – возмутился Касяня.

– Ой! – исправился Гоша. – Почищу твою шерсть, как себе пёрышки.

– Меня Хозяйка купает, и сам я ухаживаю за собой, – не понимал Касяня.

– Но и я хочу сделать для друга что-то хорошее! – не отставал Гоша.

– Ладно! – согласился и на это Алькасьянс, приступая к трапезе.

Гоша сел на спину четырёхлапого друга и начал клювиком перебирать его шерсть. Касяне было щекотно, но терпел безропотно, раз уж так надо. Насытив себя сполна, спросил у пернатика:

–А ты не упадёшь, если я ходить с тобой буду?

– У тебя же спина широкая! – напомнил Гоша, в полной мере ощутив привилегии дружбы с собаками.

На спине Касяни он присмотрел местечко поудобней, лёг на спинку, положил крылья за голову, лапку за лапку и ликовал про себя: «Ух, прокачусь!» С тех пор Касяня и Гоша – не разлей вода. Друзья!