Стихи лауреатов литературного конкурса фестиваля «Звезда Рождества».
Сайт фестиваля «Звезда Рождества»
Лауреаты в номинации«Наиболее полное раскрытие темы Рождества»
АЛЕКСАНДР КУРАПЦЕВ
(Донецкая обл., пгт. Старобешево)
* * *
Покажите нам Младенца,
мы идём издалека,
из потерянного детства
сквозь века. Да что века?
Мы идём из ниоткуда
пешеходами земли
ради чада, ради чуда.
Это личико, как лик,
нас наполнит новым светом,
нам подарит благодать.
Мы отправились по ветру
за звездой. Да что звезда? –
лишь небесное светило,
что сияет до поры.
С нами ангельская сила,
мы несём Ему дары.
* * *
О, мама, мамочка, Мария, Мириам,
Неси в себе Вселенную, неси.
Над Вифлеемом ночь черна, как кочегар,
И ни одной над ним звезды на небеси.
Наполни смыслом быстротечные века,
Как опустевший глиняный сосуд.
Нет в Вифлееме рек из молока,
Но реки крови протекают тут.
Их не преодолеть ни вброд, ни вплавь,
Не перейти по сожженным мостам.
Останься на ночь здесь, сомнения оставь,
О, мама, мамочка, Мария, Мириам.
* * *
Младенец спит, плывут по небу рыбы,
плывут рабы, плывут рабы рабов,
младенец снит и в мутном небе видит
свою звезду по имени Любовь.
Сбываются прадавние предания,
вино играет, и черствеет хлеб,
уже кресты растут над городами,
и занесло песком волхвов и хлев.
Летят по воздуху стальные колесницы,
разведан космос, познана Земля...
Младенец спит, ему всё это снится,
и Он проснётся, мир начав с нуля.
АЛЕКСАНДР КОНОПЛЯ
(п. Буды, Харьковская обл.)
Рождество І різдвяні ті спогади теплі
Рождественское
Стекает прошлое в подсвечник,
Сгорают, фыркая, грехи.
На аналое – дремлет вечность,
Стоят в пещере пастухи.
Молитвы горькие взлетают,
Полупустой наполнив храм.
И вот – Малыш родился тайно
И жизнь разносит по дворам!
Закрыты души на щеколду,
В почтовых ящиках – дыра.
Лишь пономарь пробил рукою
Заслон к неведомым мирам!
ТАТЬЯНА ГОРДИЕНКО
(Запорожье – Подмосковье, г. Щёлково)
Рождественское Приход Рождества «В тихой ризнице небес...» О, Мати Споручница грешных!День Петра и Павла Пасхальное
Лауреат в номинации «Художественность слова»
ИРИНА ИВАНЧЕНКО
(г. Киев)
Отец Амфибрахий Молитва за ангела Апрель Нелетальный год
* * *
...а к рассвету полегчало,
видно, сжалилась Покрова.
Девять месяцев молчала
я, вынашивая слово.
Я заполнена по кромку
в перезревшей тишине.
Говори со мной, Покрова,
за меня, но обо мне.
И ни плача о незрячих,
и ни стона о глухих.
Отмоли мою удачу,
отмолчи мои стихи.
Отпиши в записке краткой,
в докладной на небеса –
после зимней лихорадки
я выхаживала сад.
Перевязывала ветку,
перетягивала швы.
Я с руки поила вербу
млечной жалостью травы.
Отпиши: огнеупорный,
через сад наискосок
пробегает животворный
мой творительный поток.
Разбери меня по крохам,
разомкни календари.
Говори со мной, Покрова,
ради Бога, говори.
Скоро ль осы-новосёлы
в гости к саду залетят?
Девять месяцев носила
безымянное дитя.
Словно месяц из тумана,
из намоленных надежд
вырастает он – желанный
мой родительный рубеж.
Лауреаты в номинации «Духовность произведений»
АЛЛА БОГДАР
(г. Запорожье)
* * *
Какая снежная зима!
В сугробах спрятались дома,
И стены храма среди снега –
Как сказочные терема.
И к храму тянется народ,
То тут идёт, то там идёт,
Ведь храм в житейском океане
Как бы спасенья пароход.
А снег скрипит, и день морозный
Невольно выжимает слёзы, –
А может, слёзы покаяния
И наступившего раскаяния?
И к храму тянется народ,
То тут идёт, то там идёт.
И храм в житейском океане –
Как бы спасенья пароход.
На литургии
Слова простые в тёмном храме
Сказал молящийся монах –
И что-то вдруг случилось с нами,
Такая мощь была в словах.
Молились мы в холодном храме –
От слов теплее стало всем.
Молясь о нас и вместе с нами,
Он говорил:
«Мир всем!».
В его руке свеча горела,
И сам горел он, как свеча.
Молился он душой и телом,
Была молитва горяча.
И от такой его молитвы
В душе светлее стало всем.
Молился так, как шёл на битву,
И говорил:
«Мир всем!».
Иерусалим
Господь по этим улицам ходил,
И эти камни стоп Его касались,
И птицы поднебесные слетались,
Когда к народу речь Он говорил.
И это небо помнит хлёст плетей,
Что отделяли мясо от костей,
А капли крови, что из ран текли,
Травой зелёной щедро проросли.
Века скрывают в памяти своей,
Реальность фактов, тех кровавых дней...
* * *
Как и прежде, над храмом кружит оголтелая стая,
Как и раньше, в поклоне над храмом плывут облака.
Вновь страницы истории память упорно листает,
Плачет свечка слезинкой, дрожит от волненья рука.
Через тысячи лет к храму всё-таки тянутся люди,
Через множество бед прорастают росточки добра.
Это было до нас И, дай Бог, после нас тоже будет.
И настанет однажды божественной жатвы пора.
Христовы служители
(2 Кор. 11:23)
В безмерном труде, в изнурении плоти,
Во бдении, в голоде, в жажде, в тяжёлой работе –
Так долгие годы порою они пребывали,
Но веру свою и надежду на Бога они не теряли.
Их палками били нещадно и даже не раз,
Нередко им скрыться хотелось от множества глаз.
Удары терпели, каменьями их побивали,
Израненных, при смерти даже, в темницы сажали.
Морская пучина их яростно чёлн разбивала,
Стихия бездонная чудом их не поглощала.
В горах, городах не укрылись они и в пустыне,
Свои и чужие в погоню стремились за ними.
Не счесть их страданий и прочих других приключений,
К тому же, о Церкви забота была и людское стеченье.
Так жизнь не простую, в служеньи, они проводили,
Но всё ж не сдавались и Господу верность хранили.
Среди заушений, мучений, недоброй молвы
Служители Света Христовыми были, – а мы?
* * *
Печаль полей мне так близка...
В них, вижу, Господа рука,
С любовью землю обнимает,
И всем Господь спастись желает,
От человека до цветка.
От полевого василька
И до травинки самой малой –
Ко всем протянута рука,
Лишь только бы душа желала.
Золотой дождь
Я живу в двух мирах,
Слава Богу, мне это пока удается.
Мир реальный и мир золотых,
Богом данных стихов.
Вот, опять золотою строфой
С неба рифма в тетрадь мою льётся,
И ложатся на лист не святые слова
Про святую любовь.
Это слово сегодня грехами
Нещадно испачкали люди.
И любовь, как бездомная странница,
Бродит меж нас.
Мы встречаем её,
Но средь шумных стремительных будней
Узнавать не спешим,
Уходя на обочины трасс.
А она нас ждёт, а она прощает.
Кто её найдет, тот не прогадает...
* * *
Боже, Боже, дай мне силы
День и ночь Тебе молиться,
Жить с молитвой до могилы,
И воды живой напиться.
Чтоб не мучиться от жажды,
Той, что часто ощущаю,
Чтобы Ты, придя однажды,
Мне сказал: «Тебя прощаю».
* * *
Не хочу уходить от Твоих куполов,
Всей душою своей ощущаю любовь.
Научи же меня Тебя сердцем любить,
Помоги во мне веру в Тебя возрастить.
Великий пост
Поднимайся, народ православный,
Не дремли, на молитву вставай.
Приближается праздник наш главный.
Воскресенье Христово встречай!
Так очистись постом и молитвой,
Всех, кто страждет, в беде выручай,
Поднимайся за веру на битву,
Воскресенье Христово встречай!
Все поклонимся снова и снова,
Свою душу очистив постом,
Встретим День Воскресенья Христова,
Чтоб душа ликовала потом!
* * *
Душа всегда к Творцу стремится.
И ты, упрямец, поспеши,
Покаяться и причаститься
Для очищения души.
ВАЛЕНТИНА ХЛОПКОВА
(г. Запорожье)
Молитва
Воздаяние
Бог видит, кто кого обидит
И наказующим перстом
Воздаст за кривды и обиды,
Кому сейчас, кому потом.
Быть может, кто-то скажет: «Ересь
Твои занудные стихи.
Какою мерою измерить
Возможно каждого грехи?».
Отвечу: «Есть весы Фемиды.
Она и взвесит в нужный срок
Грехопадений пирамиду,
Укажет под чертой итог.
И вот по этому итогу
И будет принято потом
Решение всесильным Богом,
И по делам и поделом
Воздастся каждому»...
Лауреаты в номинации«Лучшее воплощение библейского сюжета»
ЛЮДМИЛА НЕКРАСОВСКАЯ
(г. Днепропетровск)
Предчувствие
Склонясь над спящим мальчиком своим,
По-матерински любовалась им.
Во сне малыш держал её за палец.
На небе сквозь ночные холода
Светила неизвестная звезда,
На сене рядом шевельнулся старец.
Он о жене молился горячо.
Внезапно посмотрел через плечо,
Спросил: «Мария, что с ним будет после?»
И, словно тьму увидев впереди,
Схватила сына, поднесла к груди
И прошептала: «Страшно мне, Иосиф!»
Пьета
Ты и Муж и Отец. Это больше, чем просто родня.
Потому-то, Всевышний, я горечью слух Твой тревожу.
Из бесчисленных чад за смиренье Ты выбрал меня.
Но жена ль я Тебе? Нет, орудие замыслов Божьих.
Я судьбу приняла, ибо Сыну Создателя ? Мать.
Но впервые с Тобою беду разделить захотела.
Ты почувствуй, Отец, как немыслимо больно держать
На дрожащих коленях сыновнее мёртвое тело.
Не дитя отобрали ? о счастье святую мечту,
А ведь Сын, не колеблясь, за них Свою кровушку пролил.
Как смириться, скажи, признавая Его правоту?
Как молиться за мир вопреки не стихающей боли?
Господь велел
Господь велел: «Не возжелай
чужой жены». А я не слушал.
И потому, как ни крути,
мне совершить придётся зло.
Послал я Урия домой,
Вирсавии спасая душу,
И видеть преданность его
мне чрезвычайно тяжело.
Но он ? мужчина, воин он.
И за меня готов сражаться.
А у завистливой толпы
две хрупких жизни на кону.
Когда бы правду он узнал,
ужели стал бы обижаться
На то, что я, спасая их,
его отправлю на войну?
Прости, о Господи, прости!
Душе противен выбор этот.
Не подлость мной руководит,
и не корысть, и не испуг.
Здесь ? женщина, любовь, дитя,
что стать должно светлее света,
А там ? кровавая заря
и посланный на гибель друг...
Самсон
Наступившая тьма, словно ширмою, мир отделила.
И один на один остаюсь я с бедою своей.
А моя слепота – это дар твой последний, Далила.
Отвергая народ, я влюблялся в его дочерей.
Понимал: предала, знал и чувствовал, что не любила,
Ненавидел себя, но с тобою расстаться не мог.
Всем пожертвовать рад, даже Богом дарованной силой,
Чтобы вновь целовать твой, горящий в лучах, завиток.
Среди красок любви много тёмных, но я не в обиде.
Что-то рвётся в груди, изначальную ясность губя.
Как, скажи мне, любить, если я твой народ ненавидел?
Как сражаться с врагом, если в стан свой он принял тебя?
Мне понятно теперь, что судьба объяснить захотела.
Но возможно ль прожить безошибочно и не спеша?
Ведь глаза нам даны для того, чтобы видело тело.
А вот зрячие мы – лишь когда прозревает душа.
Иосиф
Неужели они? И, похоже, меня не узнали.
Робко жмутся в дверях и мешки разложили у стен.
Долог лет караван. С той поры, как меня продавали,
Постарели они. Да и я изменился совсем.
Как тогда я вопил, пробудить в них отчаявшись братство!
Как я был одинок! Сколько боли с тех пор превозмог!
Но страшила не смерть, а чужбина, предательство, рабство.
Хорошо, что в пути постоянно поддерживал Бог!
Как надменность тогда искажала родимые лица!
Но увиденный сон оказался реальным вполне.
Фараона слуге норовят до земли поклониться,
Чтоб от голода спас. А поклон их достанется мне.
Зло нельзя наказать, раскрывая при этом объятья.
Мне давно ни любовь, ни погибель семьи не нужна.
Но, какие ни есть, а они ? мои кровные братья!
Это выше, чем месть. Эй! Насыпьте пришедшим зерна!
ОЛЬГА ЛЕБЕДИНСКАЯ
(г. Запорожье – г. Днепропетровск)
Введение во храм: Революция, Часть 17 Дети войны и дети мира: Часть 3* * *
Пропой, Господь, как мне благодарить
Тебя за столь роскошную листву,
За дней чуть перламутровую нить,
В которой я так солнечно живу!Дай смелости понять, что эта жизнь –
Не сон, не мрак, не бред, не яма бед,
А осени светящаяся мысль,
И вечны только Песни о Тебе.Дай нежного смирения понять,Что жизнь – не золотая цепь побед,
А влажных, звонких окон благодать,
Когда закат в них наливает свет.
Верь, каждый созерцающий – поэт
У ноября кленового в судьбе.
Нет времени. И нас в нём тоже нет.
Мы только песни, песни о Тебе.
* * *
Есть разница меж ярким и глубоким.
Меж суетой мерцающих стрекоз
И пристальнейшим сводом звездооким,
В котором, говорят, разлит Христос.
Кто говорит? Судьба, Душа и Вера,
Когда они, как Троица, едины.
Я – колокольчик! Это значит terra
incognita во мне, и так пустынна
Местами-временами. Моисеи
Проводят поиск выхода и входа,
Как вдоха-выдоха. А я пушинки сею
Хрустальных звуков, чтоб постичь природу
Пространства, говорящего звездами
Хвалебные стихи и обвиненья.
Где разница меж Делом и словами?
Где разница меж Словом и делами?
Но есть тире меж смертью и рожденьем.
* * *
Прохладный вечер безупречно тих,
Как оперный театр, безлюдный, гулкий.
Опять иду из храма Всех Святых,
И лай собачий тонет в переулке
И только добавляет тишины
На сердце, что полным-полно покоя.
...Нет, всё же мы души не лишены –
Понять не можем, что она такое:
То доверяем взоры небесам,
То ищем чудо где-то под ногами.
А сколько душ упрятано в лесах!
А как ручьями плачет каждый камень!
И в каждом камне – Лотова жена,
Кума-домохозяйка из Содома.
И, может, вовсе не её вина,
Что оторвали бедную от дома
Три странника и муж – в какой-то рай
Без фильмов про любовь и поварёшки.
И в том раю бесплотном – помирай
Без кресла, без газет, любимой кошки!
...А ты идёшь неспешно вдоль села
Под запахи костров, косые взгляды,
И ощущаешь вечность их тепла,
И признаешь, что так тебе и надо:
Речушки улиц, роскошь тишины,
Свет, любящий тебя, с икон сошедший,
И дни, как перламутровые сны,
Которых в этой жизни – меньше, меньше...
Но дни и сны огромны. Пережив
На чёрной почве Вечность хоть однажды
Во весь её разбег – ты уж мотив
Её – к тому же, может, самый важный.
* * *
Скажите, люди, как мне не стыдиться
Того, что мой удел – не ремесло,
Что я не человек – всего лишь птица
И состою из нот и Божьих слов.
Присущ мне облик нежно-человечий,
Зачем-то выдан паспорт и диплом...
Вы думаете, в небе крыльям легче?
Вы судите. Возможно, поделом.
Мне нужно быть и строгой, и серьёзной,
Но мир – пространства смех и баловство.
Нет возраста у птиц для слова «поздно».
Их ветер мчит за каждою листвой.
В просторе герметично гармоничном
Есть трещина для радуг и чудес,
Для попрошаек, пойманных с поличным,
И для того, чтоб Божий Сын воскрес.
Синай
Гора Синай всегда была скромна,
Невысока. Но в ожиданьи Знака
Она томилась страшно, и весна
К ней снизошла, как облако из мрака.
Другие горы жили высотой,
Другие горы славились, блистали –
Синай упрямо жил своей мечтой
Из нержавеющей, надёжной, звонкой стали.
Синай не слишком верил в явь чудес,
Но так, чтоб с ним смогло случиться чудо,
Чтоб светлый Моисей на грудь залез,
Чтоб плыл внизу священный трепет люда.
Синай не выделялся красотой.
Не доставал макушкой звёзд крылатых.
Он пас овец, и кротко жил мечтой,
И гладил ветром пастырей горбатых.
Как странно: высота мечты важней,
Правдивей горделивых крепких пиков.
Неужто тело розовой – моей –
Вот так же настояще, а не зыбко?
Как научиться у Синая жить
Скалистой четкой верой Женевьевы?
Забыть, что ты пропащий вечный жид,
Весь состоящий из дрожащих нервов,
Пасти овец без боли, и стыда,
И без гроша. Иметь лишь хлеб на завтрак.
И верить в то, что это – высота,
Что чудо не сегодня – значит, завтра.
Как научиться участи своей
Завидовать, убогой и несложной,
И в то же время чувствовать, что ею
Когда-нибудь коснуться неба можно?!
Молитва
Я буду петь просторно и легко.
Я буду расширяться, разливаться
Вселенским теплым, добрым молоком,
Чтоб голосом достичь Души пространства.
О, Господи, дай вдохновенных сил
Услышать мир Твоим глубоким ухом,
В ладонях чудо-ветра принести
В мой храм – безбрежный мир Святого Духа.
Я петь хочу так искренне-светло,
Чтоб Дух играл-плескался в каждом звуке,
В травинке каждой. Чтобы всех несло
По небу, вопреки седой науке.
Отец любимый! Дай же не упасть
Мне мочи. Оправдать Твои надежды
Роскошные, летая и резвясь,
Показывая душам Свет безбрежный.
Коль родилась на Острове Сирен,
Коль сквозь асфальт я проросла поющей
Небесной птицей, страхам дай взамен
Мне голос посильнее и погуще,
Чтоб всех друзей, всех верящих катать
На нем, как автор «Маленького Принца» –
На самолёте. Вот моя мечта,
Которая так жаждет воплотиться!
Лауреаты в номинации «Философичность произведений»
МАРГАРИТА МЫСЛЯКОВА
(г. Запорожье)
Единственному Богу Сохрани нас, Господь! «Покуда судьба сотворялась из ссор с перебранками...»
* * *
Отраден мне подвиг молитвы за ближнего –
слова-серафимы летят, шестикрылые.
Но только бы, только не вымолвить лишнего!
Прошу ведь за тех, кто мне самые милые.
Не дерзко ль на нашу соборность надеяться? –
о, вечная благостность чеховской Душечки!
Горит, увядая, свечи моей деревце
с листком-огонечком на самой верхушечке.
А вдруг я с мечтою, не очень законною,
с какой не сидится, а ходится-бродится,
отважилась нынче предстать пред иконою,
взирая без страха на лик Богородицы?!
Мол, дай мне, подай, оттого что не терпится!
Но стоит проникнуться сим сокрушением, –
любовь настоящая в сердце затеплится
нездешнею волей, нездешним решением...
Преображение
Пропала любовь, и я видела вора.
Скорблю о предмете сем, столь антикварном!
Но дух – он питается светом с Фавора,
творит свою мысль о явленьи нетварном.
Святые одежды, простейшие в крое, –
но царственен блеск белизны горностайной.
Фавор не для всех: были избраны трое.
Иное число не приемлется тайной.
Казалось бы, взор наш везде одинаков,
всемирно един как познания средство, –
что видели Пётр, Иоанн и Иаков,
не скрыто от нас и дано нам в наследство.
Стремясь к совершенству как к самосвершенью,
нет-нет да и спросишь – всё с жару да с пылу:
о Сын, предназначенный к Преображенью,
вольна ль наша немощь вместить Твою силу?!
Но если я стих захочу подытожить,
терзаема вновь размышления спрутом,
не сможет мой ум эти строки продолжить,
повергнут в молчанье Божественным чудом.
ВЛАДИМИР СПЕКТОР
(г. Луганск)
* * *
Не хочется спешить,
куда-то торопиться,
а просто – жить и жить,
и чтоб родные лица
Не ведали тоски,
завистливой печали,
Чтоб не в конце строки
рука была – в начале...
* * *
Совесть собакам вряд ли нужна,
Они и не делают зла.
Главное – миска была бы полна,
И шкура – была бы цела.
Совесть придумана кем-то из нас
И вложена в каждый вдох.
Спасает всех нас, и не только в Спас,
Совесть, чьё имя Бог.
* * *
Ярость разбитых дорог,
Старость забытых путей.
Молча шагает Бог
Среди своих детей.
Музыка громко кричит,
Сад это или ад?
Не поминая обид, –
Только вперёд, не назад.
Только вперёд, туда,
Где среди всех дорог
В сёла и в города
Совесть идёт, как Бог.
* * *
В раю не все блаженствуют, однако.
Есть обитатели случайные.
Речь не о том, что в небе много брака,
И не о том, что ангелы печальные
Никак не сварят манну по потребности
И шалаши с комфортом всем не розданы...
Но что-то есть ещё, помимо бедности,
В чём чувство рая близко чувству Родины.
* * *
По контуру мечты,
По краешку тревоги,
Где только я и ты,
И помыслы о Боге,
Там чья-то тень с утра –
Лука, а, может, Павел...
И жизнь – словно игра,
Но, Боже мой, без правил.
* * *
Где-то память рождает день,
Тень от солнца пронзает свет.
И шагает священник Мень,
И конца расстоянию нет.
Забывая о том, что мгла
Вслед за днём по пятам идёт,
Даль, как песня в душе, светла
А душа и сквозь плач – поёт.
Лауреат в номинации «Лиричность произведений»ВАЛЕНТИНА СИДОРЕНКО
(г. Запорожье)
* * *
Благовест. Образа.
Плач. Молитва. Христос.
И печальны глаза,
И по коже мороз.
Смертны – трус и герой.
Божий след. Колея.
Крест у каждого – свой,
И дорога – своя.
Будни. Жизнь. Суета.
И кружит карусель.
Благозвучны уста.
Безрассуден апрель.
Краткосрочна печаль.
Кисти. Ангелы. Рай.
На шоссейке базальт –
Город. Грохот. Трамвай.
Возвращаюсь домой –
Свет. Окошко. Семья.
Крест у каждого – свой,
И дорога – своя.
Мамо, пробач!
Мамо, пробач! Я й не знала, що так буде боляче
І що затьмарить остання сльоза твоя світ.
Зранку зібрались сусіди і з’їхались родичі.
Вітер скрегочу зубами розкритих воріт.
Збувся мій сон, що змахнула ти білими крилами
Й серед зірок заблукала аж десь за селом.
Плакало небо, всі сльози у відчаї вилило.
Плакали всі. В мене чомусь і сліз не було.
Мамо! У шибку бузкові вдивляються китиці.
Мамо! Дивись, як подвір’ям гуляє весна.
Он де над ґанком малесенька зірочка світиться –
То виглядає мене моя мама сумна.
Чому, скажи, повертаюсь ночами у спогади,
На попелище іду, мені знову болить...
Здалеку кличеш додому, благаючи поглядом.
Пусткою хата старенька без тебе стоїть.
Лауреат в номинации «Поэзия для детей»
СЕРГЕЙ СЕМЁНОВ
(Россия, Саратовская обл., г. Балашов)
Он приходит к тебе
Он приходит к тебе в полумраке осенних дождей,
И седые ветра чуть трепещут на складках одежды.
Не забудь отворить для Вошедшего створки дверей,
чтобы Он смог узнать, как умеет молиться надежда.
Он приходит к тебе в полусвете ночных фонарей,
где седая луна отражает печаль на ступени.
Не забудь показать Ему искренность правды своей,
чтобы смог Он понять, что душа не склонила колени.
Он приходит к тебе, когда мысли тревожат струну.
Там и боль, и печаль рассыпаются звёздностью млечной.
Не забудь же, успей распахнуть своё сердце Ему,
чтобы Он смог войти и остаться с тобою навечно...
Он с тобой
Шепчет еле слышные слова
отражение небес – трава.
Падает зелёною волной.
Это Бог беседует с тобой...
Молнией сверкают небеса.
Громыхает гром. Шумит гроза.
На лице холодный след дождя.
Это Бог предупредил тебя...
Негасимый свет далеких звёзд.
Тайна запредельности и грёз.
Вечная надежда и покой.
Это – Бог... Он видит... Он с тобой...
Прикоснулся крыльями к щеке
мотылёк, летящий налегке.
Замер, лёгкой нежностью храним.
Это Бог коснулся... Ты любим...
В круговерти бренной суеты
не теряй Всевышнего следы...Читать по теме:Статья о фестивале «Звезда Рождества». Ольга Лебединская
Не забывайте делиться материалами в социальных сетях!
