Море в пейзажах Левитана

* * *

В пейзажах Левитана есть та лёгкость,

которая лишь воздуху дана,

и у него не плоска даже плоскость

и мощно дышит каждая волна.

Так бесконечно дышащее море,

что с ним слилось и небо вдалеке,

в манящем тонкой дымкою просторе,

солёном в каждом крохотном мазке.

Но мягок ветер, и волна не катит,

а просто дышит, словно дышит грудь

в голубоватом подвенечном платье,

и предвкушает новый трудный путь.

Счастливый путь – от синей гальки в пене

до необъятных дальних рубежей, –

что полон философией мгновений,

напитан ритмом свежих впечатлений.

И вот уже

с призывным криком чайка прочь летит,

и синь – парит...

«Берег Средиземного моря» (1890)

Исаак Левитан, картина

* * *

У берега морского свой фасон,

своя среда, и стиль, и мир – пусть микро.

Бегут по небу чайки, словно титры,

проектора кружится колесо.

Снимая сотни плёнок за сезон,

неугомонен режиссёр проекта,

и пахнет рыбой и колючим ветром

его не постановочная лента.

У берега морского свой фасон.

И Левитана дар – на свой манер.

Он просто видит так, как Сам Создатель,

простое море в бесконечной правде

его миног, макрелей и минерв.

И валуны, как котики, лежат,

с сиренами русалок сторожат,

блаженствуя. И сам секач на стрёме –

большой скалой у берега вблизи.

И всё у режиссёра на мази,

как у Нептуна на могучем троне:

и пёстрые, в ракушках, берега,

и молотые в крошку самоцветы,

и от лучей златые позументы

запечатлел художник киноленты,

и свет, и тень, пока бежит строка,

морским тритоном на ушко напета...

«У берега моря. Крым» (1886)

Исаак Левитан, картина

* * *

Чем это море славно? Берегами.

Окутано тафтою из прибоя.

И шумом этим полон каждый камень.

А небо здесь молочно-голубое,

но в смуглой дымке ввечеру. Темнеет.

Просвечена верхушка кипариса

на фоне гор. Напрасная затея –

на кромке избежать мельчайших брызг. Ан,

в них каждая ложбинка! Всё сверкает,

умытое до блеска. Морем тёплым

заботливо укрыта бухта. В рае –

не в рае, но в роскошном месте том ты,

дворцы и кипарисы лицезрея

на фоне вечереющего Крыма,

как будто дышишь вечностью музея

от греков и до прочих древних римлян.

Но, будучи не в тоге – лишь взирая

на Левитана взморье голубое, –

утешься тем, как солнце догорает

на нежных красках вечного прибоя...

«Крымский пейзаж» (1887)

Исаак Левитан, картина

* * *

Вид на море с черепичной крыши,

где душа взывает: «Будь потише!

О, не соскользни, моя нога...»,

с черепичной крыши старой сакли

с деревянной лестницей – не так ли? –

с небом, потонувшем в облаках.

Лестница скрипит, а черепица

так и норовит воды напиться,

но зато какой простор холсту

от предельной зоркости у взгляда,

что увидел истинную правду

и сказал мазками на свету.

Я не там – но я и там как будто,

вот что – удивительное чудо!

Кутаюсь от ветра, в полный рост –

на парящей крыше! Панорама:

выщерблены лестницы и рамы,

а душа полна стихов и звёзд.

«Вид на море» (1886)

Исаак Левитан, картина

* * *

Море у финляндских берегов –

серия стремительных мазков,

голубым по белому. В лазори –

небо, лёгкий парусник и море.

Лишь вдали земля в пятнашки с морем,

как дитя, играет. Гул прибоя.

Море, словно нежность, голубое.

Плеск веков.

«Море у финляндских берегов» (1896)

Исаак Левитан, картина

ИТАЛЬЯНСКИЙ ПЕЙЗАЖ

Но вот и пейзаж итальянский,

и море, как парус, –

такое же лёгкое, тёплое, даже крылатое,

готовое вас покачать на волнах для загара

и в чистый песок положить,

словно ценную статую.

Здесь солнечны здания –

кремовы, с красною крышей,

и яхты порхают стрекозами,

стройными, ладными,

зелёные горы взбираются в небо –

повыше бы! –

и всё – итальянское, яркое и аккуратное.

Блаженствовать только осталось,

панамкой укрывшись...

А взор всё равно вырывается

в небо глубокое,

как будто бы небо то – море,

а крыши те рыжие –

уснувшие лодки в набитой туманом затоке...

«Итальянский пейзаж» (1890)

Исаак Левитан, картина

16.02.22 г.

Ещё читать:

Стихи по картинам Левитана